Леди и разбойник

На разбойнике была маска, но ошибки быть не могло – на груди его колыхались ослепительно белые кружева.

– Что вам угодно? – спросила Барбара.

Обычно эту фразу она произносила с легкостью и нараспев, а сейчас слова застревали в горле.

– Выходите! Я хочу кое о чем вас спросить.

Белоснежное Горло соскочил с коня и, ожидая, пока Барбара выберется из кареты, направил на нее оба пистолета.

– Что вам угодно? – повторила она вопрос.

– Распорядитесь, чтобы ваши люди не двигались с места, пока я буду разговаривать с вами!

– С какой стати я должна вам повиноваться?

– Я так хочу.

Недоумевая, но уже придя в себя, Барбара отдала приказание кучерам и с усмешкой обратилась к Люцию:

– И что теперь? Я всю жизнь только и мечтала вам повиноваться.

Он не повел и бровью.

– Отойдите от кареты. Ваши люди не должны слышать то, о чем мы будем говорить, – приказал он.

Она отошла довольно далеко и, убедившись, что их не будет слышно, резко повернулась к нему, взметнув юбками:

– Ну, в чем дело? Жалеете, что отослали меня прочь?

– Я следовал за вами только по одной-единственной причине, – сказал Люций.

– Ах, стало быть, сюда вас привело обыкновенное любопытство! В таком случае я ничего не скажу. Вы все узнаете сами.

– Отвечайте немедленно!

– А если не отвечу?

– Я выстрелю, – ответил Люций и поднял пистолет.

– Сделайте одолжение! Я буду только рада, – улыбнулась Барбара.

– Я сказал выстрелю, но не застрелю, леди Кастлмэн. Не в моих правилах убивать человека, прежде чем он не убедится сам, что мир будет только рад избавиться от него. А уж из-за вас, миледи, я не собираюсь садиться на скамью подсудимых. Но за кузину Пэнси готов, мне она дороже собственной жизни, дороже рыцарства, в чьих правилах я воспитан… Мне нечего терять! Говорите же, или я выстрелю и раню вас. Ваши люди не вооружены, так что мне никто не помешает.

– Вы не посмеете!

– А женщина без пальчика на прелестной ручке… Какая жалость! Вас все будут жалеть, леди Кастлмэн, а вы этого не выносите…

– Я ничего не скажу и угрозам вашим не верю!

– Один… два…

Его палец скользнул к курку, и Барбара вскрикнула.

– Черт с вами! – выпалила она.