Леди Феникс

— И даже после этого вы не сообщили в милицию?

Она покачала головой.

— Из-за Юли? — На этот вопрос она не ответила. — Почему вы решили, что Юля имеет отношение к похищению?

— Я узнала голос.

— Но вы сказали, звонил мужчина. Значит, все-таки ее отец?

— Нет. До этого ей несколько раз звонил приятель. Она всегда сама брала трубку, ждала его звонка… Но однажды я сняла трубку, когда они разговаривали, у нас параллельные телефоны в доме, и я… слышала их разговор.

— Они что-то обсуждали?

— Если вы имеете в виду похищение — нет.

Обычный разговор влюбленных. У мужчины акцент и характерный голос. Он пытался его изменить, когда требовал у меня деньги, но я его узнала. Хотя, возможно, я все перепутала. Но тогда я была уверена, что о выкупе со мной разговаривал друг Юли.

— Вы не пытались с ней поговорить?

— В тот же вечер. Я не могла спросить прямо, боялась за дочь. Я… я пыталась, но Юля… я просила об одном: чтобы Лену не трогали.

— Почему вы не позвонили в милицию?

— Я… я не могла.

Я надеялась, что Лену вернут и все… будет хорошо. Эти деньги для меня ничего не значили.

— Нина Константиновна, кто такая Юля? Почему вы не хотели, чтобы о ее участии в похищении узнали в милиции?

— Я боялась за дочь. И за Юлю тоже.

— Кто она?

— Дочь Григория Петровича.

— Это он вам сказал? Григорий Петрович вам сказал об этом?

— Нет. Этот человек. Приемный отец Юли.

— Просто сказал, и вы поверили?

— Он… у него были письма Григория Петровича. Он интересовался ребенком, спрашивал о его здоровье.

— Но в завещании девочку не упомянул?

— Наверное, был уверен, что Боков ничего не знает о том, что не он отец Юли. Он воспитал девочку и по праву считался ее отцом. Если бы Гриша что-то оставил Юле, это вызвало бы вопросы, в первую очередь у Бокова. И тогда девочка осталась бы без поддержки. Родной отец умер, а приемный, узнав обо всем, мог… никто не знал, как он себя поведет."

"— Допустим, — кивнула я. Если честно, у меня были большие сомнения.

Забота Григория Петровича о семье бывшего шофера эти сомнения укрепляла, маловероятно, что Зотов не нашел бы способ позаботиться о дочери. — Вы знали, что Боков тяжело болен?

— Что? — вскрикнула она, на мгновение я решила, что она лишилась чувств, но обошлось.

— У него был рак, максимум через полгода он бы умер.

— Так вот почему… — пробормотала она.

— Вы думаете, он причастен к похищению?

— Зачем ему это похищение? Я готова была дать денег.