Леди 2XL. Худеть не буду!

— Серафима Ильинична, а вы – плохая девочка и будете за это наказаны.

— Михаил Михайлович, будьте уверены, что меня и шлепок по заднице доведёт до оргазма за секунды, — не стесняясь, озвучиваю всё содержимое своих мыслей вслух.

Божечки кошечки!

Когда я занимаюсь сексом я не думаю – я действую!

Я заблуждалась, что Миша – «экспонат в музее» и мне только любоваться его мужественной красотой.

Можно трогать все части тела! Да, хоть член! Кстати, его в первую очередь, утоляя своё женское любопытство по самое горлышко (неоднозначно как-то прозвучало).

— М-м-м, — глухо стонет мне в губы. — Всё! С меня хватит!

Где он нашёл стол?! Я думала это тумбочка, накрытая чем-то старым.

Сдёргивая с меня одежду (только снизу), раскрывает бёдра максимально хорошо.

— Красивая-я-я, — рокочет хрипло он. — Блять, какая же ты красивая везде."

"Припадая на колени, подтягивает за попу к себе близко. Прикосновение языка к горошинке клитора – «до громкого стона посреди ночи в заброшенном доме» (прим: сравнение со звёздочками надоело автору).

— Мишка мой… — выгибаюсь дугой. — Суровый тир-р-ранище!

— Серафима Ильинична, разрешаю только стонать, — вводит в меня два пальца, растягивая внутренние мышцы.

От шока (да-да!) распахиваю губы и смотрю исключительно в потолок.

Движение языка и пальцев окончательно вышибают мои предохранители. Кричу в голос, содрогаясь всем телом.

— Вкусная, — облизывает пальцы, словно на них мёд, а не соки моего возбуждения.

— Что это было?.. — не чувствую своих конечностей, шепчу задушено.

— То, что ты теперь сделаешь мне, несносная моя, — покрывает поцелуями низ живота, накрывая грудь руками.

Странный шорох на улице заставляет нас насторожиться.

— Миш?.. — свожу колени вместе перед тем, как распахнётся входная дверь (ну, или что от неё осталось).

На спину Потапову запрыгает разъярённая кошка (животное, если быть точной), и царапает его кожу в клочья.

Божечки кошечки!

Да, откуда я знала, что здесь свирепая хозяйка имеется?! Скорее всего, после охоты пришла в свою берлогу, а тут мы!

Как мы смеялись – не передать словами.

— Уезжаем по-английски? — Потапов кивает на записку, что я магнитом прицепила к дверце холодильника:«Мамулечка и папулечка, вспомните себя…»

— А трахаться будем по-русски, — защёлкиваю колпачок на фломастере. — Поехали?

— С тобой не соскучишься.

Глава 24

Глава 24

«Секс глазами женщины».