Лазоревый грех

 — Попробуй сделать что-нибудь незаконное, они как мухи на мед слетаются.

Владелец кепочки сказал:

— Если вы уберете пистолеты раньше, чем покажутся копы, мы сделаем вид, что ничего этого не было.

Он улыбался, перегнувшись через сиденье, чтобы я наверняка рассмотрела его издевательскую физиономию.

Я улыбнулась в ответ, и его веселье несколько завяло, потому что у меня был чертовски довольный вид. Я еще не очень ловко вынимала табличку из кармана, тем более одной рукой, но я справилась.

— Федеральный маршал, мудак. Так что держи руки на виду, пока не подъехала полиция.

— За что вы нас арестуете? — спросил блондин с немецким акцентом. — Мы ничего не сделали.

— Ну, не знаю. Начнем с ношения скрытого оружия без разрешения, потом — подозрение в угоне автомобиля. — Я потрепала «импалу» по боку. — Это не твоя машина, а то, что твой друг уронил на пол, окажется неразрешенным. Интуиция мне подсказывает.

Он понял, о чем я, и что-то еще пролаял на своем вроде бы немецком гортанном языке.

Крысолюды растворились в воздухе — за этим движением человеческий глаз уследить не может.

Клодия осталась на посту, и Бобби Ли не стал уходить, но нас было всего трое, когда показался первый полисмен. Ну, пятеро, если считать плохих парней.

Двое сотрудников в форме появились из переулка, пешком, потому что грузовик, загораживающий дорогу, никуда не делся, но крысолюд, который его вел, сейчас шел впереди полисменов, держа сплетенные пальцы на голове, и под мышкой у него висела пустая кобура.

Я постаралась поднять табличку как можно выше.

— Федеральный маршал Анита Блейк! Остальные — мои помощники.

— Помощники маршала? — шепнул Бобби Ли."

"— Кивай и поддакивай, — процедила я ему краем губ.

— Есть, мэм.

Я отступила от машины, чтобы табличка была видна получше, и снова заорала:

— Федеральный маршал Блейк! Рада вас видеть, джентльмены.

Полисмены остановились возле двигателей машин, но перестали на нас орать. Они явно прикидывали, насколько им влетит, если мы действительно федералы, а они помешают нам в нашей работе, но их не настолько беспокоила политика, чтобы они рисковали попасть под выстрел. Я такое одобряю.