Лавандовое утро

— А вообще-то почему бы вам не выйти и не подождать меня?

— Если какой-нибудь сержант усомнится в моей храбрости, я вытащу пистолет и пристрелю его.

Дэвид удивленно заморгал.

— Оружие в багажнике, — вздохнул он. — Я тащусь на антикварной колымаге. Готов поспорить, что эту машину использовали еще в Первую мировую.

Несмотря на ситуацию, Эди улыбнулась.

Она затаила дыхание, когда они поднялись на небольшой холм, потом мотор взревел, они понеслись вниз и въехали на мост.

Единственное, что она поняла, пока они проезжали по мосту, что дно машины скребет по дереву.

Мост остался позади, они выехали на дорогу, и оба заорали как сумасшедшие.

И тогда они увидели корову. Дождь заливал стекло грязью, но они увидели, как корова, черная с белыми пятнами, лениво пошла через дорогу.

— Держись! — крикнул Дэвид, круто сворачивая в сторону, чтобы не наехать на корову.

Машина ударилась в каменное ограждение, закрутилась на месте, затем дважды перевернулась и снова въехала на мост.

Машину подбросило, Эди перевернулась вверх тормашками, и большой автомобиль упал в реку рядом с мостом, который они только что успешно преодолели.

В течение нескольких секунд оба не могли понять, что произошло. Кровь сочилась из ссадины на голове Дэвида, а правая рука Эди ныла от боли.

— Выбирайтесь, — сказал Дэвид, потянувшись к ней.

Вокруг была вода. Единственное, что спасало их, — это закрытые окна, но этого хватит ненадолго.

— Да, — проговорила она, — да… — Она дрожала, все еще не понимая, что случилось. — Я открою окна, и мы вылезем.

— Вы умеете плавать? — спросил он.

— Да, причем вполне сносно, — ответила она. Голова прояснялась с каждой секундой. — А вы?

— Был в школьной сборной по плаванию, — улыбнулся он.

— Тогда все в порядке, — сказала она. — Мы должны сразу выбраться отсюда, как только я открою окно.

— Эй, Харкорт, — мягко позвал он. — А благодарность? Как насчет поцелуя, прежде чем вы удерете?

— Поцелуй? Вы думаете, что сейчас есть время для… — Она замолчала, когда вникла в смысл его слов. Когда она удерет, не оба, а она одна. — А вы? Что с вами?

— Этот чертов протез на ноге, — сказал он. — Не везет, так не везет. Я не смогу выбраться с этой штуковиной.