Лавандовое утро

— Вы, молодые люди, так удивляетесь, как будто до вас люди никогда не имели секретов? Ты забыл, что я был городским врачом? В шестидесятые в городе была вспышка гонореи, и я знал, кто кого заразил. Но никогда не сказал ни слова. А там были…

— Что представляла собой мисс Эди в реальности? — спросил Люк, перебивая деда.

— Образец совершенства, — не задумываясь, ответил Дэвид. — Во всем. Никогда ни один волосок не выбивался из прически. Никогда не произнесла ни одного слова, о котором бы пожалела. Сильная, целеустремленная натура, всегда знающая, чего хочет.

— Слушая тебя, не скажешь, что она тебе очень нравилась, — заметил Люк.

— Я обожал ее. Когда мы были крохами, Александр Макдауэлл любил отнимать у меня игрушки, и это продолжалось, пока Эди не дала ему по башке. Больше он никогда не приставал ко мне. Она была настоящая леди. Ты знаешь… Нет, ты не знаешь, что она посвятила свою жизнь людям, получившим страшные ожоги.

— Я что-то слышал об этом.

— Она была в команде доктора Бреннера, они вместе путешествовали по миру.

— Но ты женился на Мэри Элис, — сказал Люк.

Дэвид улыбнулся:

— Да, на жизнерадостной, забавной, сексуальной Мэри Элис Уэшли. До того как Эди уехала из наших краев, я даже не замечал Мэри Элис. Она появилась, когда я вернулся с войны с раной на плече, которая грозила потерей руки.

— Если ты скажешь, что секс, я поверю, — сказал Люк.

— Смех. Она научила меня смеяться, особенно над собой.

— В наши дни так старомодно думать…

— … что Мэри Элис очаровала меня. И что она была ничем не лучше проститутки, соблазняя меня и уводя от Эди… Знаешь, Мэри Элис нравилось, что о ней так отзывались. Я хотел рассказать людям правду, но Мэри Элис сказала, что ей нравится, когда люди думают, что она отбила мужчину у другой женщины.

Люк рассмеялся, это прозвучало так похоже на бабушку. Она была отличным кондитером и всегда помогала людям, любому, кто нуждался в этом, и уж точно не походила на «похитительницу мужчин». Да. Он мог поверить, что его бабушке доставляло удовольствие знать, что о ней думают как о роковой женщине — похитительнице мужчин.