Лапочки-дочки из прошлого. Исцели мое сердце (СИ)

- Костя, почти шесть утра, - сипло шепчу, когда он зарывается носом в мои кудри, пробирается к шее и присасывается к горячей, бешено бьющейся жилке. - Мне тебя на работу отправлять, а потом лапочкам завтрак готовить.

Сопротивляюсь слабо и неохотно. Наоборот, запрокидываю голову, открываясь для жадных мужских ласк, опускаю руку к его напряженным бедрам, которые плотно прижаты к моим, поглаживаю ладонью, пытаясь вклиниться между нашими телами. Мне нравится трогать его не меньше, чем ему – меня. Мы оба одержимы друг другом.

- Считай, что уже начала «отправлять», - довольно рычит мне в ухо и оттягивает зубами мочку. - Сегодня у меня тяжелый день. Финальное слушание по делу Славина, пора уже освободить придурка. Так что мне необходим заряд бодрости и энергии.

Он намеренно не упоминает бывшую жену, а я не хочу разрушать такой интимный момент лишними расспросами. Костя убедил меня, что все идет как по маслу, и у меня нет причин ему не верить. Все, что я могу – так это подержать его. Обеспечить крепкий тыл нашему воину и защитнику.

- Судя по твоим аппетитам, у тебя каждый день тяжелее предыдущего, - издаю игривый смешок вместе со стоном, когда горячая ладонь забирается под мою тонкую майку и сжимает грудь.

- Так работа нервная, - хмыкает Костя, не прекращая ласкать меня.

Отвлекая меня поцелуями, скользит рукой по животику вниз. Невесомые шортики пижамы не становятся для него преградой. Он знает, как легко и быстро заставить меня согласиться на все что угодно.

Воскресенского пора внести в список самых опасных обольстителей.

Пара умелых прикосновений – и я растекаюсь от захлестнувших меня эмоций. Сама подаюсь ближе, насколько это вообще возможно.

Между нами не осталось ни миллиметра воздуха.

Сплелись, соединились, впитались друг друга.

Принимаю его со сдавленным вздохом. Мы оба очень быстро подходим к грани – и срываемся в пропасть чувственности и страсти практически одновременно. Идеальная совместимость.

«Где же ты был все эти пять лет. Всю мою жизнь…» - проносится в мыслях в тот самый момент, когда я взрываюсь фейерверком, разлетаясь миллиардом искр.

- Доброе утро, рыженькая, - ехидно произносит Костя, не выпуская меня из объятий.

Пытаемся отдышаться, но это сложно, когда сердца скачут одинаково безумно, тела превращаются в единый организм, а душа... у нас давно одна на двоих. Мы не решаемся оторваться друг от друга, будто сразу же упадем замертво.