Ларк-Райз

Утренняя уборка продолжалась под аккомпанемент соседских приветствий и переговоров через заборы, ибо первый звук выбиваемой циновки становился сигналом для остальных выносить на улицу свои коврики, после чего начиналось: «Слыхали?» и «Ну и что вы об этом думаете?», пока наконец трудолюбивые хозяйки не заявляли, что будут стучать ковриками до самого вечера, потому что никогда не знают, сколько времени прошло: две минуты или два часа.

Прозвища среди женщин были не в ходу, по именам обращались только к старушкам: старая Салли или старая Куини, иногда прибавляя «тетушка»: «тетушка Мерсер» или «тетушка Моррис».

Остальных замужних женщин именовали «миссис такая-то», даже тех, кого знали с колыбели. Пожилой мужчина был «мастером», а не «мистером». Более молодых мужчин называли по прозвищу или по имени, за исключением нескольких человек, пользовавшихся особым уважением. Детям строго предписывали обращаться ко всем «мистер» или «миссис».

Уборка во всех коттеджах начиналась почти одновременно, заканчивалась же по-разному.

Некоторые хозяйки наводили идеальную чистоту и «управлялись» к полудню; другие возились до самого вечернего чая. Среди хороших хозяек ходила поговорка: «У неряхи всегда полно работы».

Лора недоумевала: почему, хотя все убираются ежедневно, у некоторых дом, по тамошнему выражению, «как картинка», а у других – вечный беспорядок. Она спросила об этом у матери.

– Поди-ка сюда, – был ответ. – Видишь решетку, которую я чищу? Казалось бы, работа готова, верно? Но погоди.

Она прошлась щеткой вверх-вниз, влево-вправо и между прутьями, а потом сказала:

– Теперь смотри. Совсем другой вид, не так ли? – И в самом деле, до этого решетка была отполирована довольно сносно, теперь же просто сверкала. – Вот! – добавила мать. – В этом весь секрет; кое-кто сочтет, что дело сделано, но нужно приложить еще немного усилий."

"Однако не у всех имелась возможность заниматься наведением лоска, столь естественным для Лориной матери.

Беременность, кормление грудью и постоянные денежные затруднения неизбежно лишали многих женщин силы и энергии. Если принять в расчет эти препоны, а также неблагоустроенность и перенаселенность коттеджей, общий уровень чистоплотности поражает воображение.

Почта доставлялась один раз в день, и ближе к десяти часам женщины, выбивавшие циновки, начинали поглядывать на дорожку, которая вела к наделам, высматривая «старого почтаря».