Лапочка для Демона (СИ)

Смотрю, как Святослав Беркутов, владелец нескольких клубов и спортивных залов, брезгливо стряхивает кровь с пальцев и выходит в соседнее помещение, отвечая на звонок.

У него голос похож на отцовский. Сколько лет я не слышал нашего отца, а он все в моей голове. Иногда, бывало, до отчаяния дойду, что-то не идет, не прет по жизни, а в голове слышу его слова: «Вставай, малой, бойцы не плачут».

Сам себя ненавижу в эти моменты. За то, что помогает мне его голос.

— Да! рявкает Славик.

— Сколько рыженькая должна? спокойно спрашиваю я.

— Опа, зло усмехается в трубку мой сводный брат, Это ты, смертник, моих друзей расстроил?

— Да.

Интересно.

Он смотрел, как я уложил волосатых горцев? Смотрел, гад, любовался. И технику узнал, наверно.

— Я ж все равно тебя найду, говорит Славик угрожающе, город тесный, Демонов не так много. Да, Игорек?

— Чувствуешь себя Ведьмаком, Славик? я закрываю глаза и откидываюсь на спинку кресла.

— Тебе лучше на личности не переходить, блядь. Начинай обратный отсчет."

"— Слав, я пытаюсь договориться, говорю и улыбаюсь.

— Ты кто, блять?

— Демон.

— Мне до шлюхи дела нет уже. Это принцип, сучара. Засекай время, тебя ищут.

Он бросает трубку.

— За «шлюху» передние верхние на пол, уныло улыбаюсь я.

Через три минуты Беркут выходит из клуба, накидывая на себя куртку.

Думаю, как он может меня найти. Прихожу к выводу, что он быстрее найдет то, что мы братья, и сто раз еще подумает, прежде чем соваться.

Мой отчим депутат Государственной думы, дядька бывший прокурор и сейчас губернатор одной из самый крупных областей страны. Узнает, он все узнает, насколько мы разные. Наши миры полярные и только ось.

Открываю фотографию отца.

И тут же закрываю.

Нахрен вы все мне сдались.

Пойду, гляну живьем.

6. Взгляд живьем

Все же, как много в нас атавистичного… Вот, кажется, вполне современные понятия, на лампочку не крещусь, и не был я никогда таким классическим мудаком-мужиком, которому прям необходимо присвоить понравившуюся женщину, ее как-то пометить, заклеймить, чтоб все видели мое. Не трогать! Убью!

Всегда отношения к бабам легкое было.

Ключевое здесь было.