Дочь регента

Луиза, услышав их смех, пробормотала, что, похоже, в Ворвик-хаусе царит мисс Элфинстоун, и если не проявить предусмотрительность, вскоре они все окажутся у нее на побегушках.

Миссис Гагарина, вид у которой был еще более болезненный, чем раньше, ответила, что она рада слышать смех милой Шарлотты. Такая жизнь вовсе не для такой резвой девчушки. Пусть хоть немножко порадуется.

Но когда Шарлотта сообщила ей о карикатурах, которые принесла ей миссис Адней, Мерсер неодобрительно поджала губы.

— Мне не нравится миссис Адней, — заявила она.

— Мне тоже, — признала Шарлотта и рассказала Мерсер о завещании.

Вскоре они весело хохотали, однако Мерсер добавила, что Шарлотте не следует разглядывать непристойные карикатуры на родственников, это унижает ее достоинство. Надо было бы сделать миссис Адней строгий выговор за то, что она приносит ей такие карикатуры. Да и вообще было бы лучше сместить миссис Адней с этого поста.

Шарлотта серьезно кивнула.

— Что касается карикатур, — сказала она, — то я только одним глазком взглянула.

Мерсер вновь придала разговору более беспечный оттенок и завела речь о лорде Байроне, который был от нее без ума. Принцессой Шарлоттой Байрон тоже восхищался — однажды он ее видел на каком-то торжестве.

— Я прекрасно его помню! — вскричала Шарлотта. — Это самый красивый мужчина, которого я видела... ну, во всяком случае, один из самых красивых. Он похож на греческого бога, а хромота придает ему пикантность.

— Ему нужна женщина, — снисходительно произнесла Мерсер, и Шарлотта охотно поверила, что ему, как и ей, нужна Мерсер. Она всем нужна.

— О, Мерсер! — воскликнула принцесса в приливе чувств. — Как я рада, что вы моя подруга!

— Да, от этого вам есть польза, — признала Мерсер. — Я намного старше вас и поэтому способна вам помочь.

***

Принц-регент читал поэму своему другу Шеридану, который был растроган, ибо свято верил в великую власть творчества, особенно если творчеством занимались такие великие люди, как лорд Байрон.

Поэма называлась «Рыдающая девушка».

Рыдай же, дочерь короля!

В упадке царство, и осквернена корона.

Пусть каждая твоя слеза

Смывает грех беспутного отца.

Столь благородна каждая слеза,

Что страждущим приносит облегченье.

Когда-нибудь тебя за каждую слезу

Сторицей наградит улыбками народ.

Принц густо покраснел, и глаза его наполнились слезами гнева.