Кузькина мать

На грани самоуничтожения. Тут бы самое время вопрос задать: зачем проклятые американцы нас дразнили? Неужели не понимали, что один выстрел, как выстрел Данилы Принципа в Сараево в 1914 году, мог повлечь необратимую реакцию? В данном случае — цепную реакцию в самом прямом смысле! А ведь выстрел мог быть случайным!

Вопрос правильный. Но и о другом подумать следует: а что им оставалось, если Советский Союз нарушил Потсдамское соглашение?

Командир 7-й танковой роты 68-го гвардейского танкового полка капитан Войтченко стоял со своими гвардейцами против американских танков, как укротитель против взбесившегося льва.

Танки 7-й роты отходили по одному, задним ходом, не показывая кормы супостату. Они отползали в переулок и только там разворачивались. Последним отошел ротный, не теряя целей в своем прицеле.

Тут же отошли и американские танки. Первыми они отойти никак не могли. Это было бы унижением. Получилось бы: вышли к разделительной линии, столкнулись лоб в лоб с Т-54 и повернули назад… Чтобы этого избежать, был достигнут дипломатический компромисс: они шли вперед, столкнулись с советскими танками, постояли сутки, советские танкисты, выполнив задачу, отошли, американские вернулись домой. Ничья.

А «Кузькину мать» в тот вечер подвесили под брюхо бомбардировщика.

3Как же кстати «Кузькина мать» оказалась на заполярном аэродроме Оленья именно к тому моменту!

В Берлине получилась красивая картина, почти идиллия: американские танки пошли погулять по Фридрих-штрассе, посмотреть, какого цвета шлагбаум.

Но через 48 часов за тысячи километров от этих мест грохнуло так, что дрогнула планета.

Взрыв самого мощного в мировой истории термоядерного заряда никак не был связан с Берлинским кризисом. Взрыв готовился давно, откуда кому было знать, что американские танки в конце октября 1961 года двинутся к пограничному шлагбауму?"

"Но они двинулись, их остановили, конфликт исчерпан. А через пару дней — взрыв! Да такой, каких не бывало. Надеюсь, и не будет больше.

Этого никто не планировал.