Куратор Тёмного факультета

Ладно, пойдëмте. Ночь не бесконечна, а мне всë-таки хотелось бы выспаться.

Несмотря на то, что прекрасно вижу в темноте, пару раз всë-таки чуть не пропахала носом землю носом, если бы Гленарван не подхватывал меня под руку.

– Здесь какое-то совершенно запредельное количество веток и коряг в траве...

Гленарван только улыбался, по-доброму забавляясь над моим бубнежом. Надо же. Я как-то привыкла уже видеть его смурным.

– Кстати, улыбка Вам больше идёт, чем постоянно сведëнные вместе нахмуренные брови.

Мой спутник моментально  посерьëзнел, его лоб избороздили горизонтальные морщинки недоумения, а потом хлопнул себя по лбу.

– Ну, конечно... Вы же Тëмная... А они почти все видят в темноте.

– Не почти, а все, – поправила я его. – Даже полукровки и квартероны. Дополнительный бонус от тëмной магии.

– Извините, не хотел Вас обидеть.

– Вы ни чем меня не обидели. Со стороны, наверное, действительно забавно смотрюсь. Обычно я не настолько неуклюжа.

Гленарван пнул лежащий перед ним булыжник.

– Происхождением не вышел.

Тут уже настал мой черёд удивляться:

– И что?

– Как что? У меня нет знатного происхождения. Одних личных качеств недостаточно для того, чтобы приглянуться достойной девушке.

Я едва не споткнулась в очередной раз:

– Довольно-таки странный критерий для выбора партии. У нас как-то с этим проще. Да, есть  Тëмные, принадлежащие к древним родам, существовавшим ещё до Исхода, но даже они выбирают партии, исходя в первую очередь из положительных качеств партнёра, а не от того, в какой семье тот родился. Конечно, есть те, которые заключают союзы на взаимовыгодных условиях.

– По клятве?

– Да. Что-то вроде долга чести. Когда кто-то кому-то за что-то мог в качестве особой благодарности пообещать объединение семей через потомков. Но даже в таком случае выход есть.

Гленарван внимательно посмотрел на меня, пытаясь разглядеть в тусклом отблеске магического огонька, пляшущего у него на ладони:

– Но Тëмные никогда не нарушают своих клятв.