Купить мужа, или Голая правда о драконах

 – И не совестно? Наверное, потому супружница тебя и турнула, что и в постели ленился! Поди, уж нашла кого поактивнее – из этих проклятых оборотней, которые…

Одно движение, и его горло уже хрустело в моей руке.

– Пуууушштиии… – прохрипел прохиндей, махая руками и суча ногами.

– Никогда не смей так говорить о моей жене, понял?! – прорычал я, стиснув глотку гада еще сильнее.

Его лицо налилось багрянцем.

– Моргни, если понял.

Выпученные глаза тут же заморгали – как крылья бабочки, удирающей от птицы, твердо решившей ею перекусить.

– Уменка, – я отпустил его, дождался, когда затихнет кашель, и добавил, – а теперь бегом узнавать, что и как с моей супругой!

Толстяк попятился, сжимая горло.

– И соломку не забудь, – крикнул вслед ему. – Да побольше!

Глава 31. Предложение

Дэна

– Госпожа просыпается! – свистящий шепот показался таким громким, что я сморщилась.

– Просыпается! – разошлось эхом в разные стороны. – Просыпается!

– Тише всем! – прикрикнул другой голос, и все моментально затихли.

Странно, но напряженная тишина еще сильнее давила на мозг. Не выдержав, я открыла глаза.

Балдахин. Это было первое, что я увидела. Тяжелый, свисающий сотнями мелких, противных фиолетовых складок, будто жир на теле. Бррр!

Поспешно отвела от него взгляд. А где все? По ощущениям, так десятка два человек должны быть рядом. Я попыталась сесть на кровати, но перина была такой мягкой, что засасывала обратно, как зыбучие пески.

– Не вставайте, госпожа! – из-за складок балдахина выскочило что-то маленькое, костлявое и машущее руками.

Потом еще и еще. Все вместе они бережно уложили меня обратно в эти самые «пески». Теперь точно не вылезти.

– Вам надо отдыхать, – наставительно произнесла самая высокая из существ, ростом максимум мне по грудь.

За спиной у нее трепетали, переливаясь отблесками от слюдяных вкраплений, невесомые крылышки, как у фей."

"Кажется, это марлы, вспомнила я. Что-то среднее между гномами и эльфами. Тщедушные тела, острые носы и совершенно круглые глаза со змеиными зрачками.

– Все верно, госпожа, – самая высокая кивнула. – Мы марлы, последние из оставшихся. Великая редкость, госпожа. Потому наш высокочтимый Император и даровал нас вам.

– Ч-что? – я нахмурилась, глядя на них, почтительно склонивших головы. – Что это значит?

– Что мы ваши рабыни, госпожа, – поклон стал еще ниже, позволяя мне полюбоваться их крылышками.