Купец. Поморский авантюрист

Разумеется, никто ничего не понял, потому что сами по себе эти слова ничего не значили, Митька попросту гугукал то, что пришло в голову. Благо купцы ничего не заподозрили. Однако, чтобы рыбачки поняли, чего Митька хочет, он с выражением кивнул на выход, чтобы Олешка и близнецы шли за ним.

Они вышли на палубу, которую, к удивлению, Митьки уже вовсю драили люди купца Ивана. Похоже, пузач настолько хотел выслужиться и понравиться «англичанам», что решил отмыть птичий помет и привести корабль в надлежащий вид.

Все рыбаки были не на шутку напуганы и едва понимали, что происходит. По их затравленным взглядам Митька видел, что держатся они из последних сил. У Стеньки вон глаз дергается, Павлик губу кусает, прям зажевывает, разве что Олешка сдерживается, только вздыхает тяжело.

— Митька, теперь-то точно ходить нам без головы, — зацокал Стенька, белый как снег, не помогал рыбацкий загар.

— Под что ты нас подвел! — вторил ему Павлик, под губой которого виднелись кровоподтеки — следы укусов.

— Вам лучше, чтобы нас того? — Митька демонстративно провел большим пальцем по горлу, имитируя движение ножа. — Чтобы нас прямо на корабле похватали? Так это запросто! Носы не вешаем!

— Так вот именно, что похватали бы, да и все! — зашипел Павлик. — Мы бы хоть объясниться смогли, отбрехаться. Теперь что?

— Теперь точно под плаху, — поспешил согласиться Стенька.

— Никто бы слушать не стал, объяснились бы вы. Ишь чего удумали, — возразил Митька.

Молчал только Олешка, оставаясь в стороне от вспыхнувшего галдежа. Вернее, старый рыбак скрестил руки на груди и строго обвел взглядом спорящих рыбаков. Взглядом, от которого стало не по себе, — лютое выражение лица было у рыбака, ой как лютое.

— Да замолчите вы наконец, — перебил Олешка близнецов, вот-вот готовых перейти на повышенные тона.