Дитя прибоя

Но сделать это так, чтобы начальство сразу поняло, что не егеря врага проворонили, а враг оказался хитрым и засаду на выходе из урочища заранее ожидал… Десятник аккуратно отрезал от листа пергамента подходящий кусочек и принялся заполнять его тонко заточенным свинцовым карандашом.

Мелкие буквы укладывались в строчки, но места не хватало. Пришлось перевернуть огрызок и продолжить писать. Несколько раз перечтя написанное, Анкутан вздохнул и, понимая, что ничего больше уместить не получится, бережно свернул пергамент в тугой рулон, обвязал куском бечёвки и осторожно затолкал в маленький медный цилиндр.

– Отпускай. Надеюсь, долетит.

– Долетит. Сразу видно, сильная птица. Породистая, – решительно заявил следопыт, с силой подкидывая голубя в небо.

Хлопнув крыльями, птица быстро набрала высоту, сделала круг над биваком и стремительно понеслась в сторону столицы. Проводив голубя взглядом, Анкутан в очередной раз вздохнул.

– Ну, вроде в нужную сторону полетел, – проворчал следопыт, по-своему восприняв его вздох.

– Я одного понять не могу. Как эти твари умудрились мимо нас проскочить, и ни один болван даже не почесался? – неожиданно вызверился десятник.

– Сам вспомни, как оно было, – развёл руками следопыт. – Тролли к самому лагерю подобрались, и ни одна ветка не хрустнула. А у нас амулеты-определители давно уже не заряжались. Недаром же все твердят, что эти твари глаза отводить умеют.

– Просто у тебя всё. Амулеты слабые, люди устали, магия от рождения, – фыркнул Анкутан. – А в итоге: чуть десяток не погубили и врага проворонили. Глупо всё как-то. Чует моя печёнка, что вылечу я со службы за такую промашку с треском да без пенсии.

– Так с самого начала говорили, что мало нас для серьёзного заслона.

– Ладно, пятеро не отдадут – вороны не склюют, – вздохнул в очередной раз десятник.

Проследив, чтобы у выхода из урочища постоянно дежурила пара наблюдателей, Анкутан занялся повседневными мелочами. Две седмицы пролетели незаметно и тихо. Егеря обустроили серьёзный лагерь, соорудив даже пару отхожих мест.