Дитя прибоя

А тот, воспользовавшись силой и умением давать взятки, легко выиграл судебную тяжбу и выгнал светлую леди на улицу.

От Даяны давно уже отвернулись все знакомые из дворянства, считая, что она притягивает к себе неудачи. Впрочем, сама Даяна Далат-тейк отлично понимала, что дело тут не в суевериях, а в отсутствии денег. Нищие знакомые светлым баронам не нужны. Как не нужны они и при дворе. Даяна несколько раз подавала прошение на высочайшее имя, добиваясь аудиенции у императора, но в ответ получала только презрительное молчание.

От девушки отвернулись все. Даже те, кто когда-то называл себя её ближайшими друзьями. Теперь она точно знала цену этой дружбе и понимала, что всё это не более, чем громкие слова.

Взяв себя в руки, девушка подошла к старому дворецкому, не пожелавшему бросить её даже в такой трудный момент, и, положив руку ему на плечо, тихо сказала:

– Поедем, Ватан. Здесь нам больше нечего делать.

– Да, госпожа. Только куда? – утирая слёзы, спросил старик.

– В столице нам больше не рады.

Попробуем устроиться где-нибудь подальше. Говорят, возле удела народа урух-кай появляются новые города. Может, там у меня получится найти хоть какую-то работу.

– Госпожа, кем вы можете работать? Вы же не знаете крестьянского труда, – растерянно залопотал старик, очень напоминая заботливую наседку.

– Сейчас у богатых купцов стало модно нанимать гувернанток для присмотра за детьми. Благодаря тебе, у меня есть то, чего никто не сможет отнять. Знания, – грустно улыбнулась девушка.

– Ох, госпожа, разве это мыслимо? – всхлипнул старик, тяжело взбираясь на передок телеги.

Он разобрал вожжи, и пара крепких лошадок не спеша поволокла телегу к полуденным воротам столицы. Даяна зашагала рядом с телегой, усилием воли сдерживаясь, чтобы не оглянуться в последний раз на свой родной дом. Но не успели они добраться до конца улицы, как дорогу им преградила роскошная карета. Увидев вылезшего из неё человека, Даяна вздрогнула и внутренне сжалась. Это был тот самый ночной король, что лишил её крова.

Среднего роста, жилистый, с ёжиком русых с проседью волос, жёсткими, словно рублеными, чертами лица и покрытыми старыми шрамами кистями рук. Его угрюмые, болотного цвета глаза, казалось, смотрели в самое сердце девушки.

– Решили покинуть нас, светлая госпожа? – со скрытой иронией спросил бандит.

– Надоела столичная вонь, – дерзко ответила Даяна.

– Охотно верю, – рассмеялся бандит хриплым, каркающим смехом. – Но думаю, вам нет нужды уезжать.