Кукушка

Каждый раз все больше и больше. Каким-то непостижимым образом в нем сочетались совершенно несочетаемые черты. Строгость и бесшабашность, сила и слабость, непоколебимые принципы и неистребимые сомнения. Каждый раз я открывала что-то новое в нем. Он был словно хамелеон.

— Знаешь что? Сейчас ты мне все расскажешь! Иначе… Иначе я побью тебя! Вот…

Глава 21

Побьет… Хмыкнув, я все же стащил с себя армейские ботинки, прежде чем пойти вслед за Мартой в кухню.

— Ну! — сказала она, разглядывая меня своими искрящимися, как снег в горах, глазами.

— Будешь кофе? — вместе ответа на ее вопрос поинтересовался я, шаря на полках в поисках банки.

— Макс!

Она шипела, как кошка, а меня все сильней пробирал смех. Я не мог нарадоваться, что она… такая. Злая, возмущенная, страстная, требовательная… Живая!

Коснувшись губами ее виска, в очередной раз вдохнув густой пряный аромат нашей страсти, я объяснил:

— Выше в горах затеряны несколько стареньких домиков. Там иногда останавливаются овчары.

Тело Марты в моих руках чуть дрогнуло. Будто ее витающую в облаках душу вновь затянула реальность. Мне не хотелось ей напоминать об опасности… Я знал, что здесь, в горах, в тишине, их окутавшей, было так легко забыть обо всем, но… Нам нельзя расслабляться. Пока не решился вопрос с Вуичем, опасность поджидала нас буквально на каждом шагу.

— Спасибо, — шепнула она.

— За что?

— За то, что заботишься о нас. За ту ночь, что мне подарил.

Телом прошел ток. Она благодарила меня, но даже не представляла, как это было нужно мне самому. Какой отчаянный голод она во мне пробудила! Да, Марта еще не догадывалась…

— Я не проделал с тобой и тысячной доли того, что планировал.

Ее кожа покрылась мурашками.

— Правда? И ты не считаешь меня… ненормальной? Порочной? Я не знаю… — сбивчиво шептала Марта, не отводя пухлых губ от моей шеи.

— Я считаю тебя своей. Каждое твое желание — мое желание. Ты только скажи… А если даже не скажешь, я догадаюсь сам.

Мои слова звучали убежденно, но внутри я дрожал. Мои демоны, моя тьма рвались наружу. Марта боялась, что я посчитаю ее испорченной, и не догадывалась, что я буду только счастлив услужить каждому из ее пороков. Меня до костей пробирало желание узнать, как далеко она способна зайти. На какие эксперименты согласится.