Кукушка

Признаться, я слабо представляла, как приготовление пищи можно совместить с заботой о вопящем младенце, но, похоже, у Макса с этим раньше не возникало проблем. А значит, я тоже должна была справиться.

Через час я поняла, что это не так просто, как кажется. Малышка категорически не хотела лежать в переноске и горько кричала. Пока я пыталась ее утешить, на плите сгорели отбивные. Пока я пела ей песни, убежала вода, в которой варились макароны. Я бегала от плиты к Алисе, накрывала на стол, а она кричала все громче и громче.

Покончив с обедом, я взяла ребенка на руки и стала осторожно покачивать, изо всех сил сдерживая закипающие в глазах слезы. С чего я вообще решила, что справлюсь? В памяти всплыли злые слова Ивана о том, что я ни на что не гожусь. Может быть, он был не так и далек от истины. С губ сорвался тихий отчаянный всхлип. Ну, вот! Только не хватало испугать малышку… Но ничего подобного не случилось — пока я себя накручивала, Алиса, наконец, задремала. Я осторожно переложила ее в переноску и, движимая желанием доказать, что я ничем не хуже других хозяек, растерянно осмотрелась. В углу стояла корзина с грязным бельем. Я рассортировала его, как учили, проверила, не попало ли в стирку чего лишнего. В заднем кармане джинсов Макса нашла пару длинных мужских носков. Я как-то сразу догадалась, зачем они ему там понадобились… Мое глупое сердце мучительно сжалось.

— Ну, вот и все. Это насос барахлил. Теперь батареи теплые… Эй, с тобой все в порядке?

Я кивнула и, чтобы не показать своих истинных чувств, с которыми никак не могла совладать, принялась суетиться, раскладывать еду по тарелкам.

Макс внимательно за мной наблюдал и молчал. Так же молча он сел за стол. Пододвинул к себе тарелку со слипшимися переваренными макаронами и обугленным куском мяса и принялся есть. Я не знаю, чего ждала… Упреков, очередной порции унижения или скандала… Чего-то точно ждала! И не получила. Именно это меня и сломало. Первая слеза упала прямо в тарелку… вторая… Я не могу… не могу!

Глава 17

Слыша, как плачет Алиса, самым нелегким было просто не вмешиваться.

Починка насоса не отняла у меня много времени, это был лишь предлог, под видом которого я совершенно осознанно поместил Марту в стрессовую ситуацию в надежде встряхнуть ее чувства. Нет, я не рассчитывал, что нам будет легко, но все же оказался совершенно не готов к её боли. Слезы Марты стали слишком большим испытанием для моей выдержки. Неожиданно слишком большим…

— Эй, детка… Все хорошо? — осторожно поинтересовался я.