Кто сильней - боксёр или самбист? Часть 4

Тимур знал, что Симона заскочила буквально на минутку, дома её ждали родные. Женщина понимала, что разговор о деле и документах будет важным, оторвалась от любимого, улыбнулась Тимуру и поспешила к маме и сыну. С Симоной договорились о том, что через два часа оба приятеля будут ждать её около дома.

Когда за женщиной закрылась дверь, Толик прошёл на кухню, открыл две бутылки пива и разлил по бокалам. Тимур усмехнулся:

— Толян, а ты совсем немцем становишься. А из горла уже никак?

— Бокалы же есть. А из горла некультурно.

— Ладно, культурный Толик, а теперь, садись и слушай.

Друзья уселись за стол напротив друг друга. Прапорщик Кантемиров решил не тянуть кота за яйца, сделал глоток из бокала и рубанул с ходу:

— Толик, нас накрыли!

— Чем? — прапорщик ещё не отошёл от своей подруги и влюблено тупил.

— Медным тазом. Сегодня ко мне на стрельбище приехали особист с комитетчиком, а завтра будут разговаривать с Симоной и Дашей.

— Вот коза! — Тоцкий вскочил, отошёл от стола и посмотрел в окно.

Нелегал оторвался от бутылки, ладонью вытер губы и снова взглянул в окно:

— Вот коза старая!

— Да кто, Толян?

— Старуха из дома напротив. Ещё в Дрездене. Она нас с Симоной и сдала.

— Подожди, Толик. Так ты знал, что за тобой следит старуха, и всё равно пошёл в магазин?

— А что было делать? Полдня дома просидел. Да я чуть не сдох со скуки. А по телеку не то, что эротику, там даже аэробику не показывали. Одни новости.

— И тебя потянуло к прекрасному?

— Да и деньги ещё хотелось потратить, — честно сообщил нелегал и забеспокоился о товарище. — Подожди, Тимур, а с тобой то что?

— Пока пять суток ареста впаяли.

— Ни хрена себе! Всё, братан, пошли.

— Куда пошли? — Кантемиров культурно долил пиво из бутылки в бокал.

— Сдаваться. Фигли ещё делать? Пусть Симону оставят в покое.

— У нас ещё Даша есть.

— Ей-то, что будет? У неё отец — генерал. Отмажет.

— Не скажи, Толян. В отпуск поедет, а обратно не пустят через границу. И папа ничего не сможет сделать. В Союзе будет работать. Так сегодня и сказали.

— Пипец! — Толик принёс ещё две бутылки пива.