Кто остался под холмом

Подул ветер, и в мертвенно-белой глубине что-то изменилось. Неожиданно с поразительной четкостью вспыхнул в голове предутренний сон. Во сне Кира брела на чей-то тихий плач, вокруг клубился голубоватый туман, из которого появлялись и пропадали странные существа. Ее обогнал единорог, такой усталый, словно возвращался с тяжелой рабочей смены, а навстречу, держась в паре метров над землей, выплыла рыба, не то щука, не то сом, и посмотрела Кире в глаза осмысленным, совершенно человеческим взглядом. Кира вспомнила, что в таких случаях принято называть желание, но царь-рыба опередила ее: глуховато, не разевая зубастой пасти, выговорила: «Отыщи его».

Взмахнула хвостом, изогнулась – и вдруг на мгновение стал виден белокаменный город на ее спине. Киру охватило неописуемое чувство: каждой клеткой своего тела она ощущала неостановимое движение гигантского существа, уносившего ее прочь, и в то же время стояла неподвижно, глядя вслед уменьшающемуся городу. Туман рассеялся. Кира сделала шаг, поскользнулась на радужной чешуе, начала падать и проснулась.

«Отыщи его».

Длинное, странно блеснувшее облако на миг пересекло луну, словно полоснуло ножом. Перед глазами Киры снова возникла рыба: спина ее была рассечена, из раны вытекала кровь.

Сторож с Шишигиной переговаривались вполголоса. «…как не заметить, если трое по очереди присматривают за девчонкой! Слепцом нужно быть…» – «Зря вы это, Вера Павловна, мы ж не в открытую, а со всей осторожностью…» – «Бросьте, Илья Сергеевич! Полагаете, ваш охотничий стаж делает из вас детектива?» – «Какая разница, где зверя выслеживать?» – «Существенная!»

– Илья, а что с моим телефоном? – чужим голосом сказала Кира.

Двое за спиной сразу замолчали.

– Все в порядке, Кира Михайловна? – спросила Шишигина после долгой паузы.

Кира наконец обернулась.

– Да… Вспомнилось кое-что. – Она тряхнула головой. – Так что насчет мобильника? Он пригодился?

Щерба засуетился, выудил серебристый телефон из глубин своей клетчатой рубахи с сотней потайных карманов.

Кира шутила, что у Ильи с собой все на тот случай, если он окажется на необитаемом острове. В этой шутке была лишь доля шутки. Неприятная часть, приходящаяся на правду, заключалась в том, что любой человек, набивая свои карманы разнообразными предметами, среди которых, допустим, наручники и моток бечевки, имеет в голове картину потенциального бедствия, на которое рассчитаны его запасы. Кира даже отдаленно не хотела представлять, к чему готовится школьный сторож.