Крымский роман

Любые попытки со стороны сверстников разбить их дружбу только сильнее ее укрепляли. Они вместе давали отпор всем; бегали тайком от родителей на море – туда ведь не разрешалось ходить детям одним; осваивали огромные парки – они облазили там все деревья; воровали персики и шелковицу; сидя на сливе, смотрели кино в летнем кинотеатре ближайшего санатория; получали от родителей нагоняи; ныряли на диких пляжах с валунов, добывали мидии и жарили их на раскаленном куске кровельного железа – и чего только не было в их прекрасном южнобережном детстве!

Они дружили очень давно, крепко, по-настоящему, всегда поддерживая друг друга и помогая во всем.

У Дины сложилась очень непростая жизнь, как и у большинства их ровесников, но она была оптимисткой и на все беды, которые сваливались на нее, лишь махала ручкой и говорила: «Ой, ладно, все живы, все здоровы, а с остальным справимся!»

Она работала старшей медсестрой в реанимации, знала и умела побольше многих врачей и часто спасала больных без их помощи.

Замуж она так ни разу и не выходила.

У Дины была необыкновенная фигура: высокая пышная грудь, тонкая талия, крутые бедра, стройные красивые ноги – при росте метр семьдесят. Да еще копна длинных вьющихся темных волос, яркие темно-синие глаза, обаятельная улыбка – зрелище не для слабонервных!

Мужчины неизменно оборачивались ей вслед, а многие женщины тихо Дину ненавидели…

– Ната, это просто свинство! Три дня, как приехала, а мне даже не позвонила, – возмущалась подруга после того, как они обнялись, расцеловались и снова обнялись.

– Извини, Диночка, так получилось, – каялась Наталья.

– Извиню, если прямо сейчас где-нибудь присядем и поболтаем!

– Натка, может, ты нас познакомишь? – предложил Антон.

– Да, да, Дина, знакомься: это Антон, – представила его Наталья.

– Это я виноват, что она не звонила, я ее украл, – признался Ринков. – А это – мой друг Михаил, – и он указал на Мишку.

Михаил ловко поцеловал Дине ручку.

– Очень приятно! – чуть порозовев щечками, ответила Дина, с трудом отвела взгляд от глаз мужчины и посмотрела на Наталью: – Маша мне намекала, правда, Маша?

– Я не намекала, а сказала прямо: «У нее роман», тетя Дина, ты забыла!

– Маша, – вмешалась Вета, – все уже поняли, что ты и деликатность ходите порознь, нечего это еще раз демонстрировать.

– Вот-вот, она вечно как ляпнет! – подтвердил Сашка.

– Ната, – задушевным голосом обратилась Вета к сестре. – Все, что могли, дети уже сделали, чтобы опозорить семью.

– Ма-а-ма… – протянул, извиняясь, Сашка.