Крымский роман

Сердце стучало так, как будто вот-вот выскочит!

– Ринк! – сразу ответил тот. – Все в порядке! Врач сказала, что все идет хорошо!"

"– Какой врач, твою мать?! – разъярился Антон. – Что там у вас идет хорошо? Что происходит? – заорал он так, что на него стали оборачиваться люди.

– Ната рожает. Славка тебя сейчас к нам в роддом отвезет. Он разве тебе не сказал?

– Нет! Все, еду.

Он широкими шагами двинулся к выходу, через плечо бросив Славе, еле поспевающему за ним:

– На ближайшей тренировке в зале будешь у меня вместо боксерской груши.

– Ну что вы, Антон Александрович, – не испугался Слава. – Это же сюрприз!

– Я тебе устрою сюрприз, мало не покажется, – пригрозил Ринков.

В родовую вбежала медсестра.

– Наталья Алексеевна! Там папаша сюда рвется!

– Дайте ему халат, бахилы и впустите! – распорядилась Наталья Алексеевна.

– Да он сам уже переодевается. Можно подумать, мы могли его остановить! – возмутилась девушка.

Преодолевая сильную боль, Ната рассмеялась.

– Наталья, не отвлекайся! – прикрикнула на нее врач. – Давай! Тужься!

И как раз в тот момент, когда встрепанный грозный Ринков влетел в операционную, родился его первенец.

Сын.

Сын и дочка родились крошечные, но совершенно здоровые и крепкие!

Мальчик был покрупней сестры и плакал баском. Девочка – совсем маленькая и не плакала: так, попищала без энтузиазма, обозначив себя в этом мире, и сразу успокоилась, замолчала, когда ее положили на руки отцу.

В палату, куда привезли Наталью после родов, пришла ее врач, чтобы поздравить.

– Ну, Наталья! Ты героиня! Быстрые роды, и такие легкие. О вас с мужем уже легенды слагают…

Антон сидел на стуле возле кровати, где лежала жена, и держал на руках детей, которые спали, тихонько посапывая.

Наталья Алексеевна помогла ему уложить детей в кроватку, поздравила еще раз счастливых родителей и вышла. Антон посмотрел на спящих детей, потом подошел к Наталье.

– Мне хочется тебя обнять, – сказал он.

Она подвинулась:

– Давай!

Он осторожно лег рядом и нежно прижал ее к себе. Наталья повернула к нему голову, они смотрели друг другу в глаза.

– Натка, – сказал он тихим голосом.

Его переполняли чувства, которые и пережить-то было трудно, не то что описать словами…

– Натка, – повторил он. – Я тебя люблю.

От переживаемого у него навернулись на глаза слезы.

– Я тоже тебя люблю, – она усмехнулась.