Крылья за моей спиной

Все давно привыкли, что они пара, встречаться начали, когда она ещё в школе училась, и их дальнейшая женитьба должна была стать закономерным продолжением отношений. А тут неожиданно всё рухнуло, и из-за кого? Из-за Серёжи Маркелова, москвича! Вот это «москвич», больше всего раздражало. На Насте словно клеймо поставили: связалась с приезжим, дурочка, за лучшей жизнью погналась! И невозможно было доказать, что это не так, что у неё и в голове ничего подобного не было, что всё это придумано и даже не ею, а больным воображением подруги её детства.

Настя к косяку плечом привалилась, глядя на родителей, и не зная, что им ответить.

— Сходи, — посоветовала мама. — Сколько можно дуться?

— А что, похоже, что я дуюсь?

Отец недовольно глянул исподлобья.

— Всыпать бы вам обоим, — проговорил он. — То жениться собрались, потом разговаривать перестали. Вам лет-то сколько?

Настя насупилась совсем как в детстве, когда её за какую-нибудь проделку отчитывали, и руки на груди сложили.

— Я ничего не делала, а если он считает по-другому, то это не моя проблема.

Родители переглянулись. Стало ясно, что неприятные слухи и до них дошли. Настя гордо расправила плечи.

— Сам придёт, — решила она, наконец. — Вот пусть едет и подумает… Может, если с дружками каждый вечер проводить не будет, то мозги на место встанут, а если нет… Я ни в чём не виновата! — закончила она с отчаянием.

Галина Викторовна пришла в комнату дочери чуть позже, на край дивана присела и решительно поинтересовалась:

— Объясни мне, что происходит.

Насте пришлось чуть сдвинуться, убрать ноги, чтобы маме было удобнее сидеть, книгу закрыла. Если честно, даже вспомнить не могла, о чём читала. Просто переворачивала страницы, когда текст кончался, а думала совсем о другом. О том, что, наверное, не переживёт, если Сашка уедет и всё-таки не решит с ней поговорить перед отъездом. Они ещё никогда так серьёзно не ругались, никогда он не подозревал её в измене.

— Сходи и поговори с ним, — посоветовала Галина Викторовна, выслушав дочь. — Это ребячество какое-то. Почему он поверил Ольге, а не тебе?

— Вот и я об этом думаю.

— Так поговори с ним!

— А ты думаешь, я не пыталась? Но он упёрся, он когда меня видит, говорить может только о Маркелове!

Галина Викторовна внимательно на дочь смотрела.

— А ты что об этом Маркелове думаешь?

Настя поджала губы.