Крылья для попаданки

Выйти в коридор не успела, только протянула руку – дверь резко распахнулась, и передо мной предстал Шедвик. Видно, он торопился сюда, если явился в заляпанной кровью одежде и с кровоподтеками под носом. Впился в меня цепким, подозрительным взглядом.

Громко сглотнув, я испуганно пролепетала, не забывая изобразить полное неведение:

– Ой, ты ранен! Что случилось? Я почувствовала землетрясение? Мы должны покинуть дом, иначе нас завалить может!

– Прости, драгоценная, я не был рядом и заставил тебя поволноваться. Это обычный толчок, такое здесь часто случается.

Фу-ух, кажется, пронесло, он поверил, но на всякий случай проблеяла, невольно отступая в гостиную:

– Ты уверен? Может, все же стоит выйти и подождать снаружи, вдруг снова тряхнет, но уже опасно?

Подавление чужой магии и злость на сородича поколебали его терпение, потому что в ответ он рявкнул:

– Уверен, дорогая! Волноваться не о чем. Ты подумала о моем предложении?

– О каком из них? – я запаниковала.

Серые глаза Шедвика потемнели, словно штормовое море.

– Стать моей, надеть брачные браслеты и навсегда забыть об одиночестве. Жить в мире и согласии…

Внутри все похолодело, я спрятала руки за спину оттого, что они начали покрываться изморозью. Если что, попытаюсь его заморозить. Ох, он ведь тоже ледяной! И продолжила играть прелесть какую дурочку:

– Но дорогой, когда бы я успела подумать? Только искупалась, стены задрожали. Тут на уме лишь одно: срочно спасаться, бежать из дому.

– Бежать ты должна ко мне в объятия, сладкая моя, а не из дому! – сбавил тон Шедвик.

Схватил меня за плечи и сразу же закатил глаза от наслаждения. Фу-у-у, как же противно! А зелье или что там еще могло быть, недавно так легко подчинившее меня, больше не работает. Надеюсь, леара перед смертью прочистила мои мозги окончательно."

"– Пойми, выбор суженого – самое важное решение в жизни любой девушки, – защебетала я, положив ладони поверх его рук и невольно выпустила магию.

К сожалению, изморозь не спасла от змея и не оттолкнула – легко впиталась в его руки, а судорожный довольный мужской вздох подсказал, что я не только усилила его магию.

– Красивая моя, сильная, сладкая, ты станешь украшением моего рода. Моей главной драгоценностью. Я буду беречь и лелеять тебя, Кайя. Соглашайся…

Мужчина уже едва сдерживался: то ли завалить меня на ближайший диван решил, то ли высушить. Отправить стул в окно больше не казалось мне сомнительной идеей.