Крылья для попаданки

Надо же, неужели столько всего случилось сегодня? И вот, наконец-то, вечер, а дела все никак не кончаются. Никто не предлагает отдохнуть и поесть. Они думают, что я железная?

Эраты смотрели на нас с женихом с пронзительно-холодным любопытством, нехорошим таким, пробирающим до дрожи. А я недоумевала: почему? Ведь выборы жениха, шаазата, хозяина для ничьей леары прошли, в сущности, легитимно, если так можно сказать применительно к данной ситуации. Почему кандидатура эрата Арэнка вызвала неприятие у его коллег в Совете? Или любой мой избранник вызвал бы недовольство? Странно, очень странно! Ну ладно, посмотрим.

Несколько мгновений эраты не реагировали на распоряжение шаэра покинуть дворец, видимо, показывали или на самом деле считали, что им, великим и сильным белокрылым, никто не указ. Наконец важные государственные мужи неторопливо зашевелились. Вдруг в воздух взвились десять снежинок, больших, как те, которые в качестве новогоднего украшения используют.

Одну из них прямо на моих глазах, щелкнув пальцами, сформировал мой жених. Магические снежные кристаллы сияющими росчерками мелькнули и исчезли, а я удивленно хлопала глазами: что это было и для чего?

Шаэр кивнул Арэнку, приглашая с собой. Они направились в другую сторону от остальных, а я замешкалась, провожая взглядом белокрылых леаров, продолживших горячо обсуждать что-то. Слишком уж сюрреалистично выглядели эти семеро темпераментно беседовавших «ангелоподобных» существ.

– Не отвлекайся! – негромко окликнул меня Арэнк, заставив поспешить.

Повелитель шел на шаг впереди, мы, не касаясь друг друга, следовали за ним по широкому коридору, из которого открывались террасы с выходом в небо и, вероятно, огибавшему дворец по периметру. Мимо сновали леары, поголовно серокрылые, и прикрывали лица при нашем приближении. Несколько женщин буквально облизали горячими взглядами шаэра, но меня больше интересовали их наряды и манеры.

Большинство серокрылых русоволосых стройных чаровниц были в топиках, украшенных камнями и вышивкой, и шароварах с широкими нарядными поясами и манжетами.

Распущенные волосы у всех красивыми волнами лежали на плечах. Глаза в пол эти хорошенькие «придворные дамы» не прятали, наоборот, прожигали белокрылых шаазов многообещающими взглядами. Хотя и моя скромная персона с косой вызывала у них жгучий интерес. Но, видимо, белокрылые мужчины были вне конкуренции.