Крылья

И будешь знать, что единственный человек, с которым я хочу остаться рядом, проводить дни и ночи, – это ты. Но пути обратно не будет.

– Диомедея, бога ради!

– Но зато у тебя будет твоя репутация, в которой ты будешь находить утешение в трудный час! Репутация болвана, который так и не понял, что потерял!

И в эту секунду в нем что-то переломилось. Я почувствовала это. Впервые со времен начала этой битвы мне показалось, что победа может быть на моей стороне. Неофрон рванул ко мне так быстро, что я вздрогнула, схватил за запястья и едва слышно спросил:

– Что ты со мной делаешь?

Он стоял так близко, что я чувствовала исходящее от него электрическое поле.

– Хочешь сделку? – задыхаясь от волнения, спросила я. – Не сходя с этого самого места, поклянись, что ты ничего не чувствуешь ко мне, и тогда я оставлю тебя в покое, заново подпишу договор с Уайдбеком и больше никогда не доставлю тебе хлопот. Никогда.

В холл вошли посторонние, ко мне подскочила какая-то медсестра.

– Госпожа Фальконе-Санторо? Мы так рады вам! Пройдемте со мной?

– Еще никогда отделаться от меня не было так легко, Неофрон! Всего три слова: «Ты мне безразлична», – и я больше никогда не подойду к тебе! Клянусь!

Медсестра покраснела и отошла в сторону, осознав, что стала свидетелем очень личной сцены.

– Я не могу этого сказать, и ты знаешь это.

Я сглотнула комок в горле. Как мило, особенно накануне свадьбы.

– Еще ни одна женщина не добивалась мужчины так отчаянно, как пыталась добиться я, – подытожила я, глотая слезы.

– И еще ни один мужчина не противостоял большему соблазну, чем я, Диомедея.

Я не могла это больше слушать. Повернулась к медсестре и сделала ей знак, что готова следовать за ней. И та увела меня из приемной.

* * *Никтея. Я никогда не найду достаточно слов, чтобы выразить ей свою благодарность. Оказалось, что дом отца Неофрона стоит чуть ли не на соседней улице, и именно туда Нео обычно приезжает после самых тяжелых заданий. Черпает здесь энергию.

Нео приехал ко мне в клинику на следующий день с коробкой шоколада и с детским учебником по арабскому. Сказать, что со мной было, когда я открыла коробку и увидела шоколадки в форме сердец? Нет, танцевать смогла потом, сначала рыдала на его груди и не могла остановиться… А потом мы гуляли по саду и целовались, как сумасшедшие. У этой истории не могло быть никакого другого конца, и я знала этого с самого начала.