Кровные враги

Оуэн решил сменить тему разговора.

— Как ты думаешь, Мартин рассказал нам правду?

Люси кивнула.

— То, что мы услышали — это правда… Но он пока многое скрывает.

— Мне тоже так показалось. Думаешь, он еще вернется?

Люси отставила в сторону лампу и снова легла.

— Мартин придет к нам, когда убийца сделает следующий ход. Остается надеяться, что Мартин не станет слишком долго ждать.

Оуэн вздохнул и лег рядом с женой.

— Ждать всегда трудно."

"Люси придвинулась поближе.

— Такая холодная ночь.

Услышав приглашение в ее голосе, он повернулся к ней лицом.

— Когда я открыл дверь и увидел, что Мартин несет чье-то тело, я испугался, что это ты.

Люси чмокнула его в нос.

— Прости мое безрассудство. Но сейчас я здесь, живая и здоровая. И хочу любить своего мужа. — Она крепко его обняла.

— Что-то сегодня не так. — Оуэн поднес лампу к лицу Люси. Она улыбалась спокойной улыбкой. — Что произошло в монастыре Святого Клемента?

— Я простила себя.

— За что?

Она дотронулась до его шрама.

— За то, что люблю тебя больше, чем Николаса.

Оуэн отставил лампу и притянул Люси к себе.

22

Осложнения

Брат Вульфстан принялся ворчать себе под нос, увидев гостя в дверях лазарета второй раз за день.

— Он все еще спит, сын мой. Пройдет много дней, прежде чем Джаспер достаточно окрепнет, чтобы принимать посетителей.

— Простите, но на этот раз я сам пришел за помощью.

— Вы больны?

— Ранен. — Мужчина вытянул изнеженную руку, не знавшую труда.

Вульфстан искоса посмотрел на белую ладонь.

— Ничего не вижу…

Гость согнул палец, указывая на небольшое пятнышко.

Вульфстан взял лампу и рассмотрел руку получше.

— Боюсь, что глаза с каждым днем подводят меня все больше. Кажется, здесь небольшое покраснение?

— Я обжегся. Глупо получилось. Хотел зажечь свечу.

Вульфстан потрогал пятно на ладони, мужчина поморщился. Лекарь нащупал небольшой волдырь. На кончике пальца тоже. Но обе раны пустяковые; однако гость так учащенно дышал, что Вульфстан невольно почувствовал раздражение, да простит его Всевышний за этот грех.

— Ничего страшного. Наверняка вы берете с собой в дорогу мазь для таких мелких случаев.

— У меня нашлась бы мазь, если бы в дорогу меня собирала жена, но вот уже несколько недель, как она живет в монастыре, и, пока ее нет, обо мне некому позаботиться. — Он говорил как избалованное дитя.

Вульфстан убедил себя, что вежливость с этим человеком можно воспринять как наказание за грехи, и попытался не подать виду, что раздражен.