Кровавое эхо

– Пакета не существует. Я солгал.

Бревер удивился. Потом на его лице появилось разочарование, почти сразу же сменившееся раздражением.

– Тогда зачем вы здесь? – спросил он.

– Обычно мы используем именно такую технику. На самом деле я занимаюсь ссудами. Иногда некоторые люди, которым требуется ссуда, не хотят, чтобы об этом знали его домашние.

– Но мне не нужен заем, мистер Хейс.

– Вы уверены?

– Совершенно уверен.

– А мы получили другие сведения.

– Я богатый человек. Я сам даю взаймы. И не беру ссуд.

– Неужели? А мы слышали, что у вас возникли проблемы с выполнением ваших обязательств.

Бревер не сразу понял, о чем идет речь. Потом на его лице появилось изумление. Он напрягся, щеки покраснели еще сильнее, и тут он обратил внимание на правый карман Ричера, в котором бугрился пистолет. Он опустил руку, схватил стоящий на столе маленький серебряный колокольчик и сильно его встряхнул. Раздался негромкий мелодичный звон.

– Мария! – закричал он, продолжая трясти звонок. – Мария!

Девушка вошла через ту же двустворчатую дверь и бесшумно приблизилась к Бреверу.

– Звони в полицию, – приказал Бревер. – Звони в «девять-один-один». Я хочу, чтобы этого человека арестовали.

Она колебалась.

– Идите и сделайте звонок, – сказал Ричер.

Девушка вышла в другую дверь, которая находилась за спиной у Бревера. Ричер успел увидеть, что там расположен кабинет Бревера. Служанка сняла трубку и несколько раз нажала рычаг – телефон не работал.

– Нет гудка, – крикнула она из кабинета.

– Спустись вниз, – сказал Ричер.

– Чего вы хотите? – спросил Бревер.

– Я хочу, чтобы вы выполнили постановление суда.

– Вы не банкир.

– Ваша способность к умозаключениям поражает.

– Так кто же вы такой?

– Парень, который хочет получить чек, – ответил Ричер. – На двадцать тысяч долларов.

– Вы представляете этих… людей.

Он попытался встать, но Ричер протянул руку и резко толкнул его в грудь, заставив сесть на место.

– Сидите спокойно, – сказал Ричер.

– Почему вы это делаете?

– Потому что я склонен к состраданию, – ответил Ричер.

– Если им что-то не нравится, пусть возвращаются в Мексику, откуда они к нам приехали.

Ричер с удивлением посмотрел на него.

– Но я говорю не о них. Речь идет о вас. О вашей семье.

– О моей семье?

Ричер кивнул.