Кровавое эхо

Если хочешь получить блины и не хочешь до конца жизни ходить с палочкой.

Бобби молча смотрел на него.

– И на обед тоже, – добавил Ричер. – Ты меня понял?

– Боже праведный, ее муж возвращается домой, – сказал Бобби. – Все кончено, понимаешь?

– Ты делаешь неправильные выводы, Бобби. Кармен не слишком меня интересует. Я хочу познакомиться со Слупом. Мне необходимо с ним поговорить.

– О чем?

– Просто сделай то, что я говорю, ладно?

Бобби пожал плечами.

– Как скажешь.

Ричер протянул ему тарелку с блинами и направился назад, в дом.

Кармен и Элли сидели рядышком за столом. Волосы Элли были еще влажными после душа, и сегодня она надела желтое ситцевое платье.

– Мой папа возвращается домой, – сообщила она Ричеру. – Он уже едет, прямо сейчас.

– Я слышал, – кивнул Ричер.

– Я думала, он приедет завтра, а он приедет уже сегодня.

Кармен смотрела на стену и молчала. Кухарка принесла блины и начала раскладывать их на тарелки – два Элли, три Кармен и четыре Ричеру. Остатки она унесла на кухню.

– Я собиралась завтра пропустить школу, – сказала Элли.

Кармен ничего ей не ответила.

– Мама, можно мне не ходить завтра в школу?

Кармен повернулась и посмотрела на Ричера, словно это он что-то сказал. Лицо у нее застыло, точно маска. Оно напомнило Ричеру об одном его знакомом, который пошел к окулисту, потому что не мог читать мелкий шрифт. А доктор обнаружил у него опухоль на сетчатке и сразу же договорился, что он ляжет в больницу, где ему удалят один глаз. И вот этот человек сидел в приемной, зная, что завтра отправится в больницу с двумя глазами, а выйдет с одним.

– Мама, можно? – снова спросила Элли.

– Наверное, – ответила Кармен. – Ты о чем?

– Мама, ты меня не слушаешь. Ты тоже волнуешься?

– Да, – ответила Кармен.

– Так мне можно?

– Да, – повторила Кармен.

Элли тут же занялась блинами, которые ела так, словно голодала несколько дней.

– Пойду проверю, как там мой пони, – сказала Элли, сползла со стула и, словно ураган, вылетела из комнаты.

Ричер услышал, как открылась и тут же захлопнулась входная дверь, потом раздался топот башмачков по деревянным ступеням крыльца. Он доел свой завтрак. Кармен держала вилку в воздухе, как будто не знала, что с ней делать, и вообще никогда ничего подобного в своей жизни не видела.