Кротовский, может, хватит? (СИ)

Он выкачал всю энергию, чтоб запереть захватчиков на нулевом слое. Ловко.

— Ну, не знаю, Кротовский, — засомневалась Настасья, — Он мог обезмажить пространство на десятки километров вокруг. Но этот майор просто увел бы войско подальше. Через сто километров… через сто пятьдесят, но они бы в итоге вышли из этой местности. Пройти войском сто кэмэ по Изнанке — это раз плюнуть… так себе ловушка.

— А ты слушай дальше… «мы не сразу поняли, откуда на нулевом слое кишмя кишит темными тварями, да еще такими сильными… порталист выступил на штабном совещании… худшие опасения подтвердились… он объяснил, что Кротовский создал огромную разность потенциалов… природа не терпит пустоты… обезмаженное пространство подобно вакууму… оно затягивает магическую силу с более глубоких слоев Изнанки, а вместе с ней лезут твари…»

— У-у, да твой прадедушка коварный тип, — поразилась Настя, — Теперь понятно, в кого ты такой уродился, Кротовский.

— А ты говорила, так себе ловушка… ловушка, что надо. Слушай дальше: «мы несем чудовищные потери… уже не идет и речи о прорыве… удерживаем позиции из последних сил… твари нападают непрерывно…»…тут опять неразборчиво, — перелистываю еще несколько страниц, — «…у нас заканчивается вода и провизия, а главное, заканчиваются боеприпасы…»

— Этим парням не позавидуешь.

— Угу, как говорил один персонаж: «я человек завистливый, но здесь завидовать нечему».

— Что за персонаж? — заинтересовалась Кобылкина.

— Да так. Один турецко-подданный. Читаю дальше: «…у майора началась гангрена… в бреду он требует к себе целителя, видимо не помнит, что сам хоронил его по частям… в момент просветления майор вдруг признался, что император не давал разрешения нападать на Кротовского, и что на нас обрушилось легендарное проклятие Кречета».

— Я про это слышала. Нет ничего страшнее императорского проклятия. От него укрыться невозможно.

А я вот впервые про это слышу. Надо будет выяснить об этом подробней. Как бы не навлечь ненароком… а пока продолжаю читать:

— «…если майор сказал правду, то мы все прокляты. А майору нет прощения. Я убью его своей рукой. Я оставил две пули. Одну для майора. Другую для себя.»

— Бедный капитанчик. Майор обманом отправил его на смерть, — расстроилась Настя и даже погладила сочувственно череп, — Теперь уже понятно, что он убил и майора, и себя.