Крючок для пираньи

 — Ага, у тебя и пальтуган с собой? Не отставай, служилая бюрократия, но если ты передо мной не испражнишься до донышка — брошу на съедение.

Почти пробежав по полутемным пустым коридорам, они выскочили из управы. Мэрской «Волги», доставившей их сюда, конечно же, не было, автобуса тоже след простыл.

— К моей «Антилопе-гну», — приказал Кацуба, уверенно сворачивая за угол.

Просто Владимирыч семенил следом, от страха не отставая, и, кажется, пытался исповедаться.

— Погоди, дурило, — цыкнул Кацуба. — Толку от тебя сейчас…

Где-то вверху звучно открылось окно, оттуда закричали:

— Мужики, слышно что-нибудь? Началось?

— Да нет, мы за бутылкой… — откликнулся Кацуба, не глядя в ту сторону, наддал, повернул за угол.

— Обязательно начнется, — поддакнул просто Владимирыч, пыхтя. — У народа и так нервы на нуле…

— Цыц! — рявкнул Кацуба.

Свернул к невидным сараюшкам, на ходу извлекая ключ, недолго повозился с амбарным замком. Мазур без команды кинулся распахивать обитые жестью дверцы.

Из сараюшки, фыркая и чихая, выполз «шестьдесят девятый». Нагнув сиденье, Мазур пропустил вперед Владимирыча, придал ему ускорение сильным толчком и запрыгнул сам.

Кацуба погнал, насколько позволял мотор музейного экспоната. Мазур вцепился в скобу, сзади на узенькой лавочке мотало просто Владимирыча, который пару раз чувствительно ударялся то головой, то спиной, — Мазур видел в зеркальце, — но не осмелился даже пискнуть.

Что-то в городе было неладно — Мазур чуял нутром. Кое-где стояли кучки людей, обсуждавшие, судя по лицам, свежую новость. Примерно зная мэра, Мазур не сомневался, что выступление по радио звучало еще эффектнее и драматичнее, нежели зажигательная речь перед журналистами. Пожалуй, и в самом деле начнется паника, и ничего им сейчас не объяснишь…

Как ни быстро оставались позади люди, он успевал заметить лица — потерянные, взволнованные, полные тревоги и предчувствия новых бед. «Двадцать второе июня, — пришло ему в голову.

— Испражняйся, гнида, — распорядился Кацуба, не оборачиваясь, лихо вертя баранку.

— Послушайте… — робко возмутился было Владимирыч.

— Выкинуть? — зловеще поинтересовался Кацуба.

— Не надо…

— Тогда валяй.

— Вы, правда, из ФСБ?

— Из Генерального штаба, — огрызнулся Кацуба. — Говори, козел, некогда с тобой возиться…

— Нептун… Гриша… привел ко мне Илью Михайловича.