Кризис власти (Альфа-9)

Первый никогда умными мыслями не задавался, а после получения доступа к элитному орсу рехнулся окончательно и почти не реагировал на внешние раздражители, если они не имели отношения к лошадиным делам; второй прекрасно осознавал всю сложность ситуации и вдвое усерднее точил меч, полагая, что теперь-то героическая смерть от него не отвертится.

Аммо Раллес последним решил пообщаться на тему «всё пропало». Пыхтя и обливаясь потом, пешком забрался ко мне, на невесть откуда взявшуюся аномально-одинокую скалу, вздымавшуюся над ровнёхоньким днищем долины.

— Прекрасная позиция, господин Гедар, — тяжело дыша, сообщил толстяк, после чего пояснил: — Это я про скалу сказал, а не про долину. Удобно возвышается, далеко по реке смотреть можно.

— Потому и залез сюда, — сказал я.

— А знаете, как местные называют это место?

— Вроде бы, Козья скала.

— Именно так, господин десница, именно так.

— А при чём здесь козы? По-моему это единственное место во всей долине, где нет их помёта.

Глава мисси пожал плечами:

— Это ведь мудавийцы. Они везде своих любимых коз приплетают.

Я указал вперёд:

— Вон там, за поворотом долины, они лагерем становятся.

— Сведения верные? — уточнил Аммо Раллес.

— Да, от моих разведчиков получены. Кстати, вон те точки в небе, это птицы их разведки. Можете помахать им, поприветствовать.

Уставившись вверх, толстяк покачал головой:"

"— Удивлён их решением первым делом разбить лагерь. До заката ещё несколько часов, они легко могут успеть разбить за это время не только лагерь, а и нас. Я бы именно нами на их месте первым делом занялся. Этот камень хорошая позиция, а вот про долину такое не скажешь. Я, конечно, человек не военный, но не могу не заметить очевидного. Господин Гедар, не мне критиковать ваши решения, и мои советы, наверное, неуместны, но может всё же отведёте корпус за обоз? Обозы принято грабить в первую очередь, а южане с их неторопливостью провозятся с ним долго.