Криптозой

Молния же не исчезла, продолжая пульсировать как живая артерия, заполненная не кровью, а бледным перламутровым пламенем. И вот из этой «артерии» высунулась когтистая лапа с перепонками, вторая, затем показалась жуткая морда динозавра с пылающими щелевидными глазами.

– Бегите! – крикнул Утолин, бросаясь к динозавру.

Кирилл выстрелил из стоппера, метнул оставшиеся у него умболики, втыкая их в пупырчато-чешуйчатую морду зверя. Не зверя – Пса!

Динозавр… улыбнулся! Только так можно было интерпретировать его гримасу.

"Произошло нечто вроде бесшумного взрыва, во все стороны полетели клочья света и дымные кольца. Тело Утолина испарилось, превратилось в шлейф гаснущих искр, но рука продолжала нажимать на гашетку нейтрика, словно жила отдельно от тела, а глаза продолжали смотреть на врага с угрозой, ловя все его движения.

Нейтрик упал на землю.

Однако и Пес получил приличную дозу деструктивного гипертекста, что отразилось на его облике – он превратился в сплетение полупрозрачных фигур – и заставило «собирать» себя в единое существо.

Кирилл понял, что у них остался только один шанс уцелеть, и гигантским психофизическим усилием – дистанционно! – включил ноутбук у себя на спине.

– Цепляйтесь за меня!

Компьютеру понадобилось несколько секунд, чтобы запустить файл ПН, в течение которых программный Пес приходил в себя и трансформировался в закованного в латы рыцаря.

Глава 23

РАЙ

Больше всех переживала гибель Утолина Лиля.

Он сделал для нее так много, что стал не просто другом и товарищем, но близким человеком. Кириллу капитан не слишком нравился, особенно в последнее время, но и он испытывал чувство потери и неуюта. Без такого опытного проводника, каким был Ювинга-Утолин, путешествовать по Гиперсети было трудно.

Быстрей других пришел в себя Лаврик. Не в его характере было переживать за товарищей и предаваться скорби.