Криптозой

Многомерные пространства и времена и все такое прочее…

Кирилл шагнул к нему, нагнув голову.

Лаврик снова ухмыльнулся, покачал пальцем.

– Не надо меня останавливать, Кирилл Иванович, я не мальчишка и кое-чем владею, чего нет у тебя. Едва ли ты устоишь против ПН, это уже уровень МОР-технологий. Прикажу – ПН тебя в порошок сотрет."

"– Не мешай ему, Кир, – быстро проговорила Лилия. – Вспомни правило «трех Д».

Лаврик посмотрел на нее задумчиво, качнул головой.

– Нехорошо говоришь, сударыня. Правило «трех Д» – дай дорогу дураку? Так вот я не дурак…

Откуда-то вдруг послышался стеклянный звон, словно на пол упала и разбилась рюмка, и в помещение ворвался капитан Утолин с необычного вида пистолетом в руке.

Лаврик изменился в лице, взмахнул рукой, и прозрачно-черный столб «прорехи в реальности» исчез вместе с ним. Стены и пол гостиной перестали дергаться и плыть, успокоились. Трое людей молча смотрели на то место, где только что находился компьютерщик.

Глава 21

ПОИСКИ НАУГАД

Однако не успел, – хладнокровно сказал Утолин, опуская пистолет.

– СНОС?

– Программа СНОС дошла до своего предела и ликвидирована. Ее теперь заменит охотничий Пес, программа более высокого уровня, для которого наши защитные гипертексты не помеха.

Утолин спрятал пистолет (стоппер, вспомнил Кирилл) и подошел к сумке на полу гостиной, на которой сиротливо лежал земной ноутбук.

– К счастью, я догадался скопировать файл ПН, это пока единственный гарант нашей свободы. Попробуем отыскать Лаврентия, он мне еще нужен.

– Зачем?

– Лаврик – единственный, кто может довести ПН до ума.

– Он сказал, что знает, как это сделать.

– Тем более. Если он ушел на Землю, мы его быстро отыщем.

– По-моему, он говорил о «следующем» слое Гиперсети, более «высоком».

– Заглянем и туда, у нас имеются кое-какие тихие методы подглядывания за операторами высших порядков.

Кирилл улыбнулся.

– Где-то я слышал афоризм: не стоит забывать, что и бактерии разглядывают нас с той стороны микроскопа.

– По большому счету это так и есть.

Из коридора донесся еще один звон «разбитого стеклянного бокала», и в гостиную вошел оператор иезода Диаблинга, одетый в свой обычный костюм-трико, мускулистый, сильный на вид, блестящеголовый.