Криптозой

– Это он кинул камешек в мой огород, – усмехнулся тот. – Мы с ним недавно… э-э… поспорили.

– По какому поводу?

– По поводу вмешательства в земную реальность. Хорошо, что ему подсунули виртуальный инвариант, иначе он наломал бы таких дров!..

– Это мое право! – огрызнулся Лаврик. – Что хочу, то и делаю! И никому не мешаю. Тебе тоже предлагали, да извилин не хватило… – Лаврик отшатнулся, заметив движение Кирилла.

Лилия удержала мужа.

– Ты что, Кир?! Я тебя не узнаю.

– Он реагирует только на пощечины, – усмехнулся Кирилл.

Лаврик затравленно огляделся, сказал с вызовом:

– Да, настаиваю! И вообще вы вошли ко мне без разрешения, я сейчас позову охранника или служителя правопорядка.

– А я уже здесь, – раздался знакомый скрипучий голос, и в комнату вошел подполковник Петров собственной персоной, сопровождаемый двумя рослыми парнями в камуфляжной форме.

– ПСП! – прошептала Лилия.

– Что вы сказали? – благожелательно посмотрел на нее Петров; на этот раз он был одет в полевую форму офицера Российской армии. – Кстати, как вы здесь оказались, мадам? По моим данным, вы умерли.

– У вас устаревшие данные, – сухо сказал Кирилл. —

По моим данным, вы тоже умерли… три раза. Что вам угодно, господин подполковник?

– Мне угодно допросить вас и сопроводить к месту ограничения свободы.

– А разве эта камера, – Кирилл сделал широкий жест, – не является местом ограничения свободы? Нас и так никуда не выпускают.

– Ну что вы, полковник, – скривил губы Петров. – Это же почти курорт. У нас имеются настоящие камеры, не чета этим.

– На Земле или здесь? Вы случайно не заблудились, уважаемый? Мы ведь находимся в гостях у оператора иезода Диаблинги.

– Не знаю никакой Диаблинги, – нахмурился Петров. – У меня есть приказ, и я его выполняю. Итак, вы согласны добровольно ответить на наши вопросы?

За спинами солдат Петрова возник Утолин в переливчатой сеточке молний.

Парни в камуфляже открыли огонь из автоматов. Пули без звука входили в тело Утолина, пропадая без следа, а он смотрел на стрелков и улыбался, будто был не живым человеком, а призраком.

Кирилл достал крайнего справа, туго толкнув его в мясистый затылок.