Криминальные гастроли

Льву Ивановичу оставалось только вздохнуть и покачать головой. Теперь он мог надеяться только на показания прораба и на его хорошую память.

Прораб оказался человеком смышленым и внимательным. Он четко и ясно рассказал Гурову все подробности ритуала освящения, описал, как выглядели отец Селиваний и его матушка, и даже запомнил номер «Нивы», на которой они потом отбыли. Гуров был доволен, что дело хоть как-то двинулось вперед, а потому, проводив свидетеля в специальный кабинет, где с ним стали работать специалисты по составлению фоторобота, решил наградить себя поздним завтраком или ранним обедом – это с какой стороны посмотреть.

Выйдя на улицу, Гуров собрался направиться в ближайшее кафе, как нос к носу столкнулся с женой. Оказалось, что Мария решила сама принести ему на работу обед.

– Знаю я тебя, Лева! – заявила она. – Будешь сидеть голодным, пока опять желудок не заболит. Это в молодости, когда хочешь, тогда и поешь, а тебе в твоем возрасте нужно питаться правильно. Вот, я тебе окрошки принесла."

"Окрошка в летний жаркий день была, конечно, кстати, но Гуров ее почему-то не очень любил. Может, из-за кваса, а может, и просто не нравился вкус. Но раз Маша принесла, значит нужно съесть. Больше всего Лев Иванович боялся обидеть супругу своими капризами и пристрастиями к еде.

Мария, собрав все плошки и ложки, умчалась домой, а Гуров, разморенный полуденной жарой и сытостью, принялся размышлять о следующих шагах своего расследования.

«Интересно, как там Крячко? – подумал Гуров, заставляя себя встать и направиться к выходу, чтобы ехать в Восточный округ.