Крик болотной птицы

Дело долгое, потому что те Астаповичи далековато, почти у самой границы, так что нужно успеть засветло. Что ж? Поднимаю по тревоге свой экипаж — второго пилота и штурмана, седлаем мы свою «пешку»… Точнее сказать, Пе-2, самолет для дальней разведки. Вылетаем.

— Добрались без происшествий? — уточнил полковник Грошев.

— Можно сказать и так, — кивнул Тузовский. — Коль живыми и целыми, то, значит, без происшествий. Подлетаем к цели, к этим самым Астаповичам. А видимость — рыдать хочется! Сплошная мгла, серость, туман… Весна, понятное дело.

— И что же вы увидели? — спросил полковник Грошев.

— Увидели… — Тузовский покрутил головой. — В четыре глаза — отчего бы и не увидеть? Тем более что летали мы низехонько. По крышам, можно сказать, ходили. Есть там лагерь, точно вам говорю. На западной окраине города. Народу там много. Стоят, сидят, лежат прямо на земле, несмотря на то что ранняя весна… Зачем бы они там лежали, если это не лагерь?

— А что, никаких строений вы не видели? — уточнил Захаров.

— Видели и строения, — ответил Тузовский.

— Уже спрашивали, — сказал полковник Грошев.

— И что же?

— Они говорят то же самое.

— Ну, вот видите. — Тузовский помолчал и спросил: — А что же фотографии? Получилось что-нибудь?

— Кое-что можно разглядеть и на фотографиях, — ответил Грошев.

— И что же на них? — спросил Тузовский.

— То же самое, что вы рассказываете, — скупо ответил полковник.

— Ну, вот видите, — выдохнул Тузовский. — Лагерь это.

— Рассказывайте дальше, — велел полковник.

— А что дальше? — развел руками летчик. — Дальше по нам начали стрелять. Ну а как не стрелять, если мы туда-сюда, туда-сюда… Пришлось уходить. Стрельнули они пару раз по нам вдогонку, да на этом и все.