Крестовский треугольник

— Ну, блин, вы даете стране угля… — резюмировал Лев, понимая, почему застал Никитина этим вечером в столь странной компании. — Так…

Он сощурился и пристально уставился на Крестовского.

— Да, мужик, встрял ты по самые помидоры, — пальцы Петрова отбивали барабанную дробь о стеклянную крышку стола. — Есть родственники, кто сможет подстраховать — позаботиться о сыне в случае чего?

— Мама вряд ли сможет приехать, она в последнее время все болеет…

— Кто-то еще?

— Катя… тетка Сани, сестра моей бывшей жены… Но там муж… Согласится ли?

— Вот этот вариант уже больше подходит.

Лучше чтобы согласилась и пожила у вас какое-то время… так, на всякий пожарный, мало ли…

— Я завтра позвоню ей…

— Лучше сегодня.

— А что с Андреем? Следователь даже не сказал мне, где его держат.

— Я постараюсь завтра все выяснить по своим каналам. Статья у него поганая… вот что… Как фамилия следователя, говоришь?

— Золотарёв.

— А, знаю-знаю… этот копытом землю рыть будет, чтобы подследственного по сто тридцать четвертой до суда довести… Здесь главное, чтобы твой дружок слабину не дал… Если чистосердечное напишет, то суши сухари.

А Золотарёв уговаривать мастак… Фамилия друга?

— Вересов. Вересов Андрей.

Петров достал телефон и добавил запись в напоминания.

— И свой номер мне скажи, как что-то будет известно, отзвонюсь.

***

После разговора Роман быстро собрался и ушел, коротко чмокнув любовника в щеку и бросив напоследок невыразительное «пока». И с тех самых пор больше не звонил.

Беспокойство охватило на пятый день.

Андрей понимал, что настал переломный момент, и если он позвонит первым, то все сказанное им улетит в тартарары и они к этой теме уже вряд ли вернутся. Но волнение нарастало. Настоящая паника началась на шестой день, когда он дрожащей рукой нажал вызов контакта «Рома» на телефоне. Те несколько секунд, пока в трубке слышались длинные гудки, показались вечностью. Отбой со стороны вызываемого абонента стал настоящим ударом. Внутри оборвалось: «Неужели конец?» Повторный вызов был отбит еще быстрее. Настроение упало до нуля. Ничего не хотелось.

Возвращение в одинокую холостяцкую комнату показалось нестерпимой пыткой. Здесь все напоминало о Романе.

На столе стояла красная кружка в белый горошек. Андрей ее купил специально для любимого."

"Еще недавно Рома сидел на стуле возле окна и, грея с мороза руки, рассказывал забавные истории, делился событиями прошедших рабочих будней. Потом они вместе ужинали на кухне.