Крестоносец

Той самой, которая признавала Марту княгиню Антиохии законной дочерью из дома Плантагенетов по прямой мужской линии.

Это был для нее удар.

УДАР!

От которого она едва ли не в отчаяние пришла.

От своей сестры она приняла страну, раздираемую противоречиями и окруженную врагами. Эта же энциклика поставила под вопрос ее права на престол. Ведь, по сути, теперь Тюдоры признавались узурпаторами, из-за богопротивного правления которых Англия выпала из лона Католической церкви. А законные наследники, спасаясь от кинжалов убийц, подсылаемых этими самыми Тюдорами, нашли спасения в православной стране.

"Этот штрих был еще и камнем в огород королевского дома Франции, которые уже давно вел политику сближения с исламскими державами и поддержку протестантов. Открыто это не объявлялось, но до Елизаветы уже доходили слухи о том, что дескать Филипп VI граф де Валуа занял престол не законно. Уж неизвестно кто именно постарался, но по всей Европе ходили слухи, что салический закон, исправленный в VI веке Хильдериком – представителем династии Меровингов, первой и исконной династией Франции, допускал к наследованию недвижимости женщин в случае пресечения мужчин в парантелле[33].

Иными словами – кто-то вел серьезную атакую на французский королевский двор.

Вошел Роберт Дадли, старинный фаворит королевы, еще с юношеских времен.

– Моя Королева! – с придыханием произнес он.

– Ах оставь… – махнула она рукой. – Ты собрал всех?

– Да, – кивнул он, пропуская в помещение уважаемых людей.

Первым вошел Уильям Сесил – государственный секретарь королевы.