Крестовский душегуб

Говорили о творчестве, о живописи, о религии. Он получал мне какие-то дела, давал книги, читал их сам, и мы обсуждали прочитанное. Я всегда прятал свое лицо, боясь увидеть осуждение своих бывших товарищей по несчастью. Так я стал Тенью, потом мне было разрешено самостоятельно ходить по территории лагеря, потом, - Свистунов запнулся.

- Потом он рассказал тебе секрет своего удара, - процедил Зверев.

Свистунов вздрогнул, его руки задрожали:

- На тренировку ушли годы, я не мог тренироваться на людях и отрабатывал удар лишь на манекене, специальном манекене, который Фишер приказал изготовить специально для меня.

Однажды, в порыве щедрости, он велел мне отработать удар на живом человеке. Я не смог. Когда я ударил заключённого, который был выбран в роли жертвы, он упал захрипел, но остался жив. Фишер отругал меня, назвал никчёмной русской свиньёй и не общался со мной целый месяц."

"- Потом пришли наши и твой Фишер с позором покидал эти места, - продолжил Зверев, - он спрятал икону в подвале этого здания и после войны решил, что сумеет её забрать.

Он сразу же пришёл к тебе, после того как вернулся в Псков, или после того как его опознал старик Дудукин на площади жертв революции?

- Фишер приехал сюда не зная жив я или нет. Мы потеряли друг друга в момент наступления Красной Армии. Фишер раздобыл удостоверение сотрудника милиции, где-то заимел форму и пришёл всё разведать. Тут то его и узнал этот ваш старик. Фишер убил его не задумываясь. В тот день он увидел меня возле здания и проследил за мной.

Он явился ночью, и сказал что я должен помочь ему попасть в здании управления. Я сразу понял, что это неспроста, я догадался что ему что-то нужно, а этим чем то может быть только ""Святой из Вифсаида"". Фишер спрятал икону в подвале, но не сказал где именно.

- Фишер не доверял тебе, - уточнил Шувалов, - ты ведь спокойно мог проникнуть в подвал и забрать икону.

- Вот именно, но это фашистская сволочь упёрлась, он сказал, что должен попасть в здание милиции всё сделать сам. Я искал способ как провести Фишера в подвал, но не знал как обойти охрану.

Это было слишком рискованно. Когда этот урка меня узнал, я был потрясён.

- И тут ты впервые, - уточнил Шувалов использовал удар Фишера?

- Он начал кричать как оголтелый. Что мне оставалось делать? Я ударил конвойного в грудь. Всё получилось, он захрипел, начал задыхаться и упал замертво. Я хотел ударить и Лёньку, но он перепугался насмерть и закрыл грудь руками, тогда я просто проломил ему голову пистолетом.