Крестовский душегуб

Веня, не обращая внимания ни на холодные взоры хозяйки, ни на некоторую нервозность в поведении Насти, преспокойно пододвинул к столу кресло качалку, стоявшее до этого у ограждения, и преспокойно уселся в него. Спустя пять минут женщина появилась с подносом, на котором красовался чайный набор, тарелочка с баранками и небольшая мисочка, с немного засахарившимся, мёдом. Разлив по чашкам чай, хозяйка молча удалилась. После того, как хозяйка ушла, Веня тут же набросился на мёд и сушки. Спустя минуты две, когда вене наливал себе уже 2 чашку показался и сам Андрес Янович.

Когда Веня освободил место и уселся ближе к Насте, Андрес Янович раскурил трубку и заговорил, всякий раз растягивая окончание фраз:

- Если я правильно понял, вы молодые люди, интересуетесь пропавшей из монастыря иконой Святой Вифсаид, которая официально считается сгоревший во время пожара в 1925 году?

- Совершенно верно! - ответил Костин.

- Если я правильно понял, вы не верите в то,что икона сгорела, верно?"

"- Совершенно верно, икону видели во время войны, и человек считающийся экспертом, заявил об этом довольно определённо.

Андрес Янович выпустил очередной клуб дыма, налил себе, уже остывшего чая, сделал несколько глотков и продолжил:

- Ну что же, скажу вам, что вы не ошиблись. Икона и впрямь не попала в огонь. Когда случился пожар, икона уже была спрятана в одном из подвалов монастыря, а настоятель официально заявил, что икона сгорела. Я знаю совершенно точно!

- Откуда же позвольте узнать? - вновь перебил Веня.

- Тогдашний настоятель сам мне это сказал.

- Сам сказал? Вам?

- Псково-Печорский монастырь, который в 20х годах, как я уже говорил, находился на территории Эстонии. Сохранил всё своё имущество, в том числе сохранилась и бесценная икона. В двадцать пятом, в независимой Эстонии началась аграрная реформа. В результате этой реформы, большая часть земельных владений Псково-Печорского монастыря, была конфискована.