Крест и порох

– Добре, – почесал в затылке Василий Яросеев.

– Попытаться стоит, клянусь святой Бригитой!

Под общими взглядами Иван Егоров пожал плечами:

– Коли ты придумал, Ондрейко, тебе и исполнять. Выбери охотников да отправляйтесь. Где лес прямослойный брать, вам ведомо. Токмо осторожнее там! Дикари здешние с каждой встречей все умнее и опасливее становятся. Не попадитесь!

Как это всегда умеют делать казаки, собрались «корабельщики» мигом и ухитрились отчалить уже через час, растворившись в ночи. Только Кольша Огнев уже в темноте пригнал обратно опустевшую ношву.

Спустя десять дней охотники вернулись на плотах из отборной древесины, с удивлением поведав:

– Нет больше на тамошней луговине дикарского лагеря! Бросили. Вестимо, надоело гибнуть раз за разом на одном и том же месте.

– Это славно, други мои! – пуще всех обрадовался отец Амвросий. – Уходят язычники с земель, христианство отведавших! Теряется власть бесовская над реками и лесами. Ныне, выходит, сей край мира колдовского наш, никто, кроме христиан, в нем не живет?

– Не живет, – согласился Ондрейко.

– Так надо пользоваться, закреплять волю свою!

– Надо, – согласился кормчий. – Токмо как?

Вопрос повис в воздухе, поскольку на отвоеванных землях никто, кроме самих казаков, вроде бы и не жил…

* * *Пока новоявленные корабельщики начали изучать неведомое ремесло, безотказный Маюни опять отправился в путь, на этот раз с отрядом Ганса Штраубе. В два захода казаки перевезли на берег фальконет с небольшим припасом, трое новеньких саней с широкими полозьями, кулек соленого мяса и вдоль берега двинулись в путь, впрягшись в упряжку из широких ремней.

Впрочем, пустые сани легко скользили по крупногалечному пляжу, и всего за пару часов казаки добрались до уже знакомого стойбища, где немец с видимым удовольствием приказал разбирать каркасы и возить драгоценную слоновую кость на берег, дабы потом забрать лодкой.

– Тебе же, остяк, поручение особое, – обратился он к пареньку. – Ты ведь охотник? Мы ныне как раз на охоту и вышли.

– Земля большая, да-а… – неуверенно ответил Маюни.

– Ты не бойся, одного в дикие края не пошлю.