Крещение огнем

У него на них просто не было времени, и именно его полное безразличие так разъярило ее отца.

К тому же Чарльз Сауткотт был слишком мелкой сошкой для человека, выросшего в таком окружении, признала она с раздражением. Как бы то ни было, Рафаэль потешил-таки свое самолюбие, доказав, что совершенно не годится на роль мужа.

— Ты еще не в постели?

Она не слышала, как дверь с легким щелчком открылась, и от неожиданности глаза у нее расширились. Одним махом она вскочила на ноги, лихорадочно прикрываясь полотенцем.

— Убирайся вон!

Его горячий золотистый взгляд медленно и совершенно бесстыдно заскользил по влажным изгибам ее тела, выступавшим из-под узенького полотенца.

— Сара… — хрипло пробормотал он тоном, какого ей еще ни разу не приходилось от него слышать. — Не двигайся, — приказал он, закрывая за собой дверь.

Она выкарабкалась из ванны.

— Открой дверь!

Не слушая ее, Рафаэль выскользнул из смокинга, ничуть не заботясь о том, что он упал прямо к его ногам на пол, и стал торопливо развязывать бабочку, не сводя с нее недвусмысленного взгляда.

— Я мечтал о тебе в ванне…

— Предупреждаю тебя, Рафаэль.

— О чем? — Он бросил на пол бабочку и с жестокой неумолимостью переключился на запонки белоснежной шелковой рубашки. — Лучше удиви меня. — Я люблю сюрпризы, — пробормотал он.

— Может, перестанешь раздеваться? — Сара, не в силах дольше сохранять ледяное достоинство, была уже готова завизжать, увидев в раскрытом треугольнике рубашки бронзовую, покрытую черными вьющимися волосами грудь.

— Ты предпочитаешь, чтобы я залез в ванну одетым?

— Если бы я была мужчиной, я бы швырнула тебя прямо в эту ванну! раздраженно крикнула Сара.

С запонками было покончено.

— Зачем меня швырять? Я и сам иду… по собственному желанию, — заявил он.

— Я не собираюсь делить с тобой эту ванну!

— Ты пуританка. Но не беспокойся, мы с этим справимся.

В его неожиданной улыбке ощущалось природное очарование и безжалостная решимость, та самая, что повела Ганнибала через Альпы.

На какую-то долю секунды его очарование захватило ее целиком, и если бы он сейчас ей приказал, она пошла бы танцевать для него на горячих углях.

— Я женщина, я очень рассержена и хочу, чтобы ты убрался прочь!

— Убрался куда? — Рафаэль с сожалением посмотрел на ванну.

— В свою спальню, куда же еще?

Воспользовавшись его секундным замешательством, она проскользнула мимо него, толкнула дверь и выскочила в спальню.