Кредит доверчивости

И очень удивился, когда встретил ее после работы возле своей машины.

— Я оставила у вас в кабинете перчатки.

— Простите, но никаких перчаток я в своем кабинете не находил…

— Не может быть.

— Хотите, вернемся, проверим?

— Нет-нет, не надо. Вы бы заметили их, они яркие, красные, очень приметные…

Говоров вдруг заподозрил, что перчатки только предлог подкараулить его у машины — он точно помнил, никаких красных перчаток у нее не было.

Только зачем его караулить? Дело закрыто, никаких проблем у ее фирмы не возникло — смерть от инфаркта доказана результатами экспертизы.

— Извините, — Элина пошла к своей машине, оставив за собой шлейф духов, которые в прохладе осеннего вечера показались не такими уж удушающими.

— Постойте! — окликнул ее Никита.

Она замерла, оглянулась, полоснула его своим страстным взглядом. Говоров страшно смутился… Он не плейбой, не красавчик, не олигарх, чтобы вдруг и сразу воспылать к нему страстью. Да еще даме с такой внешностью, новенькой «Вольво» и турфирмой.

— Я… позвоню вам, если найду перчатки.

— Не было никаких перчаток. — Элина подошла к нему и заглянула в глаза. — Я их придумала.

Заметив его смущение, она стала напористой, если не сказать — наглой…

— Зачем?

— А вы не догадываетесь?

— Дело закрыто, у вас нет никаких проблем…

— Это у вас никаких проблем, а у меня… — Она слишком близко стояла, так близко, что он видел — тушь на левом глазу немного размазалась, совсем чуть-чуть, это заметно только с такого расстояния.

Никита понимал — Элина сейчас скажет нечто такое, от чего ему станет стыдно и на что он не найдет ответа.

Он так и сделал. Кажется, даже грязью обдал ее белый плащ.

А дома вдруг загрустил — очень одиноко, невкусно и скучно оказалось есть жареную картошку с сосисками.

Почему, в конце концов, он должен бояться чужих чувств? Почему за яркой внешностью и решительностью нужно подозревать психическое расстройство? Сумасбродка и истеричка не смогла бы управлять крупной фирмой, заработать на новую «Вольво» и так проникновенно, уверенно смотреть ему в глаза.

Никита собрал все деньги, которые были в доме, поехал в галерею «Боско ди Чильеджи» в Петровском пассаже и купил красные перчатки. Длинные, до локтя. Размера он не знал, поэтому сказал продавщице — «на вашу руку»."

"Потом помчался на работу, где в деле были указаны все ее телефоны.