Кредит доверчивости

А под Курск — на рыбалку — с Васей, соседом, с ним выпить можно и в выражениях не надо стесняться, восхищаясь природой.

Ната, закусив губу от усердия, размашисто расписалась.

— Спасибо, — сказал Таганцев, складывая листок вчетверо.

— Не за что, — засмеялась она.

— Вы так и не вспомнили, кто мог взять у вас паспорт? — уточнил Константин.

— Голову сломала, — поморщилась Ната. — Только… никто не мог! Ну, не знаю… все кругом такие хорошие! — В ее восторженном возгласе было столько детского и наивного, столько упоения своим сегодняшним счастьем, что Константин невольно опять усмехнулся.

— Будьте осторожны, Ната, — сказал он. — Вы, кстати, автографы свои часто налево-направо раздаете?

— Вам первому! — захохотала она. — Нет, ну скажите — зачем?

— Потом. Я позвоню.

— Ну, хорошо. Пока! — Она выпорхнула из машины и убежала.

Таганцев смотрел ей вслед и ругал себя на чем свет стоит. Ну не дурак? Можно было и сейчас в кино пригласить, а потом — в кафе…

Кто сказал, что она откажет?

А то ведь всю жизнь на рыбалку с Васей ездить придется.

В следующий раз позову, твердо решил Таганцев. Сразу — на рыбалку.

А если откажет, украду, как кавказскую пленницу…

Едва Таганцев это твердо решил, как сразу увидел: Ната подбежала к серебристому «Лексусу» и бросилась на шею какому-то смазливому мужику.

— Ну, Марат Александрович! Ну, пожалуйста! Позарез надо, — в третий раз взмолился Константин, хотя такие мольбы и уговоры были вовсе не в его характере.

— Вы, батенька, совсем совесть потеряли, — проворчал пожилой эксперт и забрал наконец-то Наткин договор, который настоятельно протягивал ему Таганцев.

— Спасибо, Марат Александрович! — Таганцев так устал, так выдохся от утомительных уговоров, реверансов и поиска аргументов, почему надо сделать эту экспертизу для него лично, а не по работе, что не нашел никаких слов, кроме «спасибо».

Константин пошел к двери, чуть не снес по дороге кулер, потом, вспомнив важную вещь, вернулся к столу эксперта.

— Вот! — достал он из кармана бутылку коньяка.