Кредит доверчивости

Мой тебе совет, прижмись, накопи и купи стиралку без всяких кредитов!

Говоря этот темпераментный текст, Света набивала что-то, пальцы летали над клавиатурой, глаза быстро сверяли текст с ведомостью, и никакого волнения ни в ее голосе, ни в движениях.

— Понятно, — разочарованно протянула Натка и неожиданно решила идти напролом. — На чей паспорт ты кредит брала?

— Что значит, на чей? — Света наконец оторвалась от клавиатуры и уставилась на Нату невыразительными серыми глазами, которые не подчеркивала косметикой.

— Ты же по паспорту кредит получала! Чей паспорт был?

Наверное, Натка слишком агрессивно это спросила, потому что Света в недоумении подняла блеклые брови.

— Мой. Ну, или, может быть, мужа, я не помню… Нат, ты чего на меня так смотришь, будто я у тебя сто рублей украла?.."

"Натка хотела крикнуть, что она у нее украла два миллиона, а не сто рублей! Потому что больше некому, ведь Света вечно прячется за своим плющом, ни с кем не разговаривает и шмыгает мимо как мышь, и руки у нее ловкие, тонкие, в сумку сунет — и не заметишь… Натка хотела все это выкрикнуть, но не успела.

Чья-то рука сзади обхватила ее за горло, дышать стало нечем, и Ната стала терять сознание…

— Попалась, — сказал кто-то возле ее уха.

У Светки есть сообщник, мелькнула напоследок зыбкая, неясная мысль.

Как я раньше не догадалась…

Меня убили… Все-таки меня убили…

* * *Сегодня было особенно жарко.

Проведя два заседания в черной тяжелой мантии, я чувствовала себя как выжатый лимон и с завистью смотрела на свидетелей, которые позволили себе явиться в суд в легких майках, топиках, шортах и сланцах.

Единственное, о чем я мечтала к концу дня, это о холодном душе. Мантия в такую погоду была просто орудием пытки… Я в ней сварилась, как в пароварке.

В коридоре мне показалось, что я заметила Троицкого — он мелькнул белым костюмом и исчез на лестнице, я даже не поняла, Андрей Иванович это или похожий на него человек.

В кабинете я наконец сняла мантию, включила вентилятор, направила струю воздуха на себя и подставила лицо. Стало легче, но ненамного… Почему-то подумалось о большой тарелке холодной окрошки.

Только, если затевать сегодня поход по магазинам за квасом и овощами, боюсь, окрошку я приготовлю лишь к утру. Тем более что сегодня я без машины.