Красные свитки магии

Ему не давало покоя то, что Магнус отнял у него руку. Так они и вошли в ярко освещенное палаццо – держась на небольшом расстоянии друг от друга. В эту минуту оно казалось Алеку глубокой, холодной пропастью.

Глава 12

По тонкому льду

Из-за дверей бального зала, занимавшего целое крыло дворца, доносились звуки «Императорского вальса» Иоганна Штрауса. Сотни гостей в самых невероятных карнавальных костюмах танцевали в такт, зал был наполнен музыкой – в буквальном смысле. Ноты парили в воздухе; они ожили, оторвались от черно-белых нотных листов, превратились в разноцветные живые существа.

По потолку двигались созвездия – но нет, так казалось лишь на первый взгляд. Это был оркестр. Из звезд складывались очертания музыкантов и их инструментов. Весы были первой скрипкой, Большая Медведица – второй. Орел играл на альте, Скорпион – на контрабасе, Орион – на виолончели, Геркулес – на ударных инструментах.

Магнус спустился по ступеням из каррарского мрамора, которые вели из холла в бальный зал. Алек и Шинь Юнь следовали за ним, держась немного позади, и со стороны их можно было принять за телохранителей.

– Принц Адаон, – воскликнул чародей, узнав друга.

Принц Адаон, чья маска лебедя сильно контрастировала с темной кожей, улыбнулся Магнусу поверх голов своих придворных.

– Ты близко знаком с принцем? – удивился Алек.

– С большинством принцев Неблагого Двора я бы не стал заговаривать по доброй воле, – усмехнулся Магнус. – Ты не поверишь, если я тебе скажу, в каких делах они все там замешаны. Им следует благодарить судьбу, что у фейри нет желтой прессы. Адаон из них еще самый приличный.

У подножия лестницы их встретил мужчина в лиловом смокинге и маске Смерти, закрывавшей все лицо. Его белые волосы были прилизаны и тщательно зачесаны назад. Магнус усмехнулся.

– Насколько я понимаю, перед нами сам хозяин.

– Почему вы так думаете? – спросил неизвестный с английским акцентом.

– А кто еще мог устроить подобную вечеринку? Превосходный прием, ты выложился на все сто процентов. Думаю, выкладываться на пятьдесят просто нет смысла. – Магнус пожал руку человеку в маске. – Малкольм Фейд, давненько не виделись.

– С начала нынешнего тысячелетия. Помню, когда мы беседовали в последний раз, у тебя был особенно отвратительный период.