Красивый. Богатый. Женатый

Но я как умею вежливо ей улыбаюсь.

— Здравствуйте.

Она продолжает меня оглядывать, на приветствие не отвечает. А мне уже интересно: передо мной Агния 2.0, модель обновленная и улучшенная, или все-таки Дымов выбрал себе живую, нормальную женщину? А то, что я ей не понравилась, так имеет право.

— Привет! — Наконец кивает. По ее лицу сейчас не очень понятно, о чем она думает. Первая реакция схлынула, и теперь Ирина мне почти улыбается. — У вас свидание или можно присоединиться?

— Свидание, разумеется, — Глеб отвечает первым, не давая мне и рта открыть.

Говорит он беззаботно и доброжелательно, я даже не обижаюсь, что моего мнения не спросил. Да и самой интересно, чего греха таить, какую женщину выбрал себе Дымов. Красивую — это понятно, а дальше что?

— Как продвигается подготовка корпоратива? — первым делом спрашивает меня Ирина.

— Сегодня утром как раз была репетиция программы.

— Да, Дима рассказывал о вашей идее с вечерней дискотекой, — сообщает Ирина.

— Так ты будешь на нашем корпоративе? — простодушно спрашивает Глеб, хотя ответ, по-моему, очевиден.

Подруга Дымова тоже удивляется."

"— Разумеется, мы с Дмитрием будем. Надеюсь, вы нас не разочаруете, Петра.

Сказано это таким тоном, будто Ирина сама в свои слова не очень верит. Но на красивых губах играет доброжелательная улыбка, не придерешься. А я представила ее рядом с Дымовым. Очень эффектная пара получается. И красивая.

— Вам обязательно понравится наш корпоратив. К тому же у Дмитрия Андреевича будет возможность…

— Дыма легко разочаровать, — обрывает Глеб меня на полуслове. — Его требования не каждый выдержит. Ир, как ты вообще с ним живешь?

Я чуть рот не открыла от такой беспардонности. Ирина покраснела, но быстро пришла в себя.

— Отлично живу, Глеб. Получше многих, сам знаешь. Дима и правда очень требовательный, особенно в бизнесе, и с подчиненных дерет три шкуры.

— Да я не обидчивая. — Смотрю на странное блюдо, которое мне принесли. — И вообще, Дмитрий Андреевич никогда не давал мне повода на него обижаться.

— Вот как?

— Ага.

— Тогда за вас можно только порадоваться, Петра.