Красивый. Богатый. Женатый

Мало поможет, если они все-таки решат ломать дверь, но что могу.

— Детка, ты там что делаешь? — снова ржет Паша. — Травку хочешь?!

Молча сажусь на унитаз и закрываю уши. Внутри меня всю трясет. Я не смогу здесь сидеть вечно, рано или поздно им надоест играть в кошки-мышки, и они сломают дверь, а что будет потом...

Не знаю, сколько прошло времени, но в комнате музыка становится громче, где-то открывается дверь, я слышу довольный женский визг. Ясно… решили развлечься. Может, упьются вусмерть, а утром и не вспомнят про меня?

Кто-то резко дергает ручку двери, я быстро вскакиваю на ноги.

— Тут занято, — снова ржет Паша. — Иди поссы в общий.

Какая-то девчонка возмущается, снова дергает дверь. Я опять затыкаю уши, и вовремя. Потому что раздается такой грохот, что даже женский визг в нем тонет. Да я сама чуть не оглохла.

Топот, крики, глухие удары, что-то тяжелое падает на пол, ощущение, что стены сейчас рухнут.

А потом наступает неестественная тишина.

— Покойники… мать вашу… — С трудом узнаю в сиплом голосе бас Паши.

— Где она? — раздается знакомый голос. От его звука у меня ноги подкашиваются, и я медленно сползаю на пол. — Петра?!

Из меня будто воздух весь выкачали, слова сказать не могу, зато изо всей силы бью ногой в дверь туалета. В ответ дергается ручка двери и я слышу:

— Открой мне.

Руки не слушаются, дрожат, но я толкаю, стиснув зубы, эту чертову тумбу. Безумная мысль заставляет на миг замереть: а что, если показалось? Что, если уже крыша поехала от страха и мне мерещится его голос?

— Петра?

Тумба падает с жутким стуком на кафель, кажется, задевает унитаз, но я уже лихорадочно дергаю замок.

Не привиделось. Он здесь, со мной. Утыкаюсь в крепкую мужскую грудь и чувствую, как сильные руки успокаивающе обнимают меня за плечи.

Я не вижу его лица, понятия не имею, что вокруг. Вообще ничего не вижу, кроме знакомой и такой приятной на ощупь темной водолазки, но я совершенно точно знаю, что теперь все будет хорошо.

"— Ты в порядке? — И, не дожидаясь моего ответа, заставляет меня посмотреть на него. Бледный и, как всегда, сосредоточенный, только глаза почему-то темные, почти черные.

— Да, нормально… ты успел.

Его взгляд медленно скользит взглядом по лицу, опускаясь ниже, замирает на плече, я неловко пытаюсь поправить порванную блузку.

— Дмитрий Андреевич, хозяин клуба скоро будет, полиция тоже.