Красавица и Ректор: расколдовать любой ценой

— Все здесь приведешь в порядок — и можешь быть свободна.

— Но тут записи. На неизвестном языке. Вдруг это…

Это могло быть все, что угодно. Заклинания. Готовые к активации порталы. Проклятья, чтоб им провалиться.

Мадам Кэри оглядела пол и стены.

— Это огненный язык, драконий. Не знаю, откуда они этого набрались, но тут ошибка на ошибке и написаны рецепты соусов ко дню Тьмы.

Я открыла рот. Драконий язык? Огненный? О чем она? И что за день Тьмы⁈

— Времени у тебя до отбоя, — отрезала мадам Кэри и раньше, чем я смогла хоть что-то сказать, вышла, хлопнув дверью.

Сердце заколотилось где-то в горле, и зазвучало уже знакомое мне и вдруг повеселевшее «У-у-у».

Так, ладно. Главное — не бояться.

Сейчас, немного придя в себя от первого шока, я увидела, что в углу комнаты стоит несколько пустых бутылок от джина, а поодаль поблескивает кусочек фольги, в которую обычно заворачивают еду. Должно быть, в самом деле кто-то из адептов развлекался со страшным и таинственным ритуалом посвящения, о котором я была наслышана.

Я наполнила ведро водой и начала формировать заклинание, чтобы заставить двигаться тряпки и швабры. Раньше начну — раньше закончу. А работы у меня было много: не тронутым мелом был только шкаф, стоящий у дальней стены.

Увы, бытовые заклинания всегда удавались мне с трудом.

— Низвергнутый тебя укуси! — ругнулась я, когда швабра вместо того, чтобы начать мыть пол, черенком ударила меня по голове.

Я развеяла неудачное заклинание, и швабра, лишившись поддержки, упала мне на ногу.

— Да чтоб ты сгорела!

За моей спиной что-то звякнуло, и я рывком обернулась. Никого.

«У-у–у», — прозвучало под ногами, и по ступням скользнул холодок.

Решив, что заклинание уборки сейчас неактуально, я принялась формировать боевое.

— Выходи! — приказала я, закончив с этим и держа готовую к удару переливающуюся темным светом форму на руках.

Я здесь явно не одна, и это не игры моего воображения!

Глава 13

Я обвела взглядом комнату и приготовилась к любому исходу. Говорят, в подвалах академии водятся сами низвергнутые — темные твари, которые питаются кровью и болью.

Не стоило верить мадам Кэри! И ректору Стортону тоже.

А про Томаса и говорить нечего! Это он должен был тут находиться, а не я.

По спине бегали мурашки, и тут я увидела то, чего никак не ожидала увидеть — белую тень у правой стенки шкафа, крошечный светлый кусочек.